Выйдя из ванны нос к носу, столкнулся со служкой. Тот торопливо поклонился и протянул накидку, пропитанную смолой. В ногах стоит рюкзак с припасами и снаряжением, что не испортилось.
— Если хотите, мы подготовим для вас комнату. На дворе почти ночь и гроза, Илмир не оскорбится...
Эллион открыл рот согласиться, но вспомнил жуткую фигуру за окном. Покачал головой и, взяв рюкзак с накидкой, направился к выходу. Одно дело рисковать самому, а другое впутывать людей в свои проблемы.
Кажется, мир ненавидит курьера. Дождь усиливается и Эллиону приходится лавировать по улице, избегая мутных ручьёв из мусора и грязной воды. Кирионские туфли удобны и почти не чувствуются на ноге, но вот их устойчивость... Даже одежда ощущается скорее украшением, чем полезным инструментом выживания.
Вода разбивается о черепичные крыши с оглушительным гулом, гремит в керамических желобах. В окнах горит свет масляных фонарей и светильников. В подворотнях прячутся бродячие псы, зыркают на человека в тщетной надежде, что он пришёл за ними. Опускают морды на лапы, стоит курьеру пройти мимо. Некоторые скалятся и глухо рычат.
Впереди показался мокрый кот, бодро семенящий через лужи. Заметив курьера, замедлился, дёрнул хвостом и с настороженностью уступил дорогу. Поравнявшись, Эллион невольно разглядел толстую мышь в пасти. Кот оградил уничижительным взглядом и поспешил дальше. Мужчина повернулся проследить и замер, уловив движение по краю зрения.
Медленно повернулся. Выход с улицы перегородили трое крепких парней, вооружённых ножами и дубинкой. Эллион медленно поднял руку с красной повязкой, сказал мирно:
— Ребят, с меня взять нечего, а вот получить...
Обладатель дубинки, самый массивный и с кривым носом, сощурился и указал на илмирита.
— Походу он. Рожа стрёмная, одет как всезнайка.
Оставшиеся переглянулись, один пожал плечами и сказал:
— Ну, ненаю Вик, у него повязка красная, вдруг он из бегунков?
— Бегунки рукава красят! Крч, рябой, ниче личного.
За спиной плеснула лужа, Эллион полуобернулся, путь к отступлению перекрыли двое. Замечательно. Будто этого мало, один достал верёвку с кожаной вставкой и начал раскручивать, двигая только кистью. Праща. Логично, стража точно не даст пронести в город лук или арбалет, да и таскаться с ними та ещё морока.
— Ребят, вы уверены?
Последняя попытка мирного решения. Вот только никто не пойдёт на мир, будучи уверен в победе. Праща загудела, рассекая струи дождя, ускорила вращение. Эллион сгорбился. Расслабил мышцы ног и плеча.
В лучшем случае пращник промахнётся, ведь попасть в темноте и в дождь довольно сложно. В худшем, на этом доставка завершится.
Пращник сдвинулся с места, чтобы случайно не попасть в товарищей. Остальные разом двинулись на курьера, стремясь сбить с толку, напугать. Эллион вздохнул, покачал головой.
— Что ж...
Острый свист полоснул по ушам. Пращник запустил камень, точно в висок. Эллион видит, как голыш несётся к нему, разбивая струи воды. Крупный, размером с куриное яйцо. Такой расшибёт череп в кашу. Увернуться не выйдет, остальные уже перешли на бег и даже если уклонится, то его поймают на нож и добьют дубиной.
Как же это всё глупо. Пройти через половину Осколков, сражаться с апостолами войны, избранным Аргантоса и братьями, чтобы попасться в ловушку шпаны.
Эллион крутанулся на месте, вскинув руку, ладонь по касательной ударила по снаряду. Сбила часть убийственной энергии и изменила траекторию. Камень пронёсся мимо и ударил в колено молодчика с ножом. Тот на полном ходу рухнул лицом вниз и зашёлся запоздалым визгом.
Остальные вперили взгляды в раненного и курьер метнулся вперёд. Тонкие подошвы предательски скользят по камням, вода попала в глаза. Главарь получил короткий тычок распахнутой ладонью, промежутком между большим и указательным пальцами, под кадык. На бегу откинулся назад и рухнул, пуча глаза. Эллион перехватил руку с ножом, метнувшуюся к животу. Посмотрел в глаза парня и... сломал в обратную сторону с таким усилием, что клинок воткнулся в живот владельца. Тот беззвучно распахнул рот и осел на колени, зажимая рану ладонями. Будто это спасёт.
Курьер развернулся, готовый увернуться от второго снаряда, но увидел только спину пращника. Мелькающую в свете окон и стремительно удаляющуюся. Последний бандит выронил нож, вскинул руки над головой и залепетал:
— Я это, просто мимо шёл! Я не с ними.
— Ну так и иди. — Прорычал Эллион.
Главарь захрипел, потянулся к оброненной дубинке. Курьер наблюдает с любопытством мясника. Пинком откинул руку, почти ухватившую промокшую рукоять. Наступил на запястье каблуком. Враг повержен и больше не опасен, убивать нет смысла. Но... урок должен быть усвоен.
Под каблуком сочно хрустнуло, затрещало разрываясь и дробясь. Бандит истошно взвыл, рванулся и тут же получил успокоительный пинок в челюсть. Зубы звучно клацнули и в лужу плеснула кровь. Здоровяк обмяк грудой мяса, а Эллион брезгливо оттёр подошву о бок.
— Браво!
