ка была сильно истощена, ее лицо имело мертвенно бледный оттенок, а глаза глубоко впали. Грудь исхудала; а в нижних ребрах прослеживались вывороты. Притупление начиналось в нижней поверхности третьего хряща, а в третьем межреберном промежутке, в сосочковой линии наиболее отчетливо прощупывался сердечный верхушечный толчок. Чересчур растянутый живот покрывали вздутые вены. В 9 см над пупком виднелась борозда, выпуклость которой была направлена вниз. Притупление просматривалось по всему животу, исключая область параллельных ребер поясничного столба и линию резонанса желудка. Наибольший обхват достигал 1,38 м. Гинекологический осмотр показал, что шейка матки сместилась вверх и облитерировалась, а передняя влагалищная стенка, надавливаемая опухолью, сдвинулась вниз, выступая, таким образом, наружу.
3 мая был произведен двадцатисантиметровый надрез живота вдоль срединной линии. В надрезе сразу показалась кистозная опухоль, образованная в верхней своей части мелкими кистами, а в нижней — опухолями более крупного размера. Разрастание прилегало к брюшной стенке, печени, селезенке и сальнику. Спайки удалили; с помощью большого троакара прокололи кисту, а затем вручную разорвали имевшиеся между мелкими кистами перегородки. Ножка опухоли была меньше ожидаемого размера. Ее перевязали обычным образом и приступили к иссечению разрастания, бравшего свое начало в левом яичнике. Правый яичник и матка были здоровы, но слабо развиты. Вес опухоли составлял 36-40 кг (вес пациентки перед операцией - 77,1 кг и после - 36,05 кг). В первую ночь после операции у пациентки появились опасные признаки коллапса, однако, стимуляция подкожными инъекциями 0,00324 г стрихнина и спирта оказали благоприятное воздействие. Уже через сутки ее состояние стабилизировалось. Каллингворт полагает, что самыми интересными моментами данного случая являются возраст пациентки, необычайные размеры опухоли, а также совет, данный первым врачом пациентки (настаивал на отказе от операции). Подобный пример в очередной раз показывает бесполезность пункции при лечении кисты яичника.
В архивах хранится большое количество сведений, касающихся тяжелых форм водянки, самые любопытные, из которых будут рассмотрены нами поподробнее. Наиболее удивительные случаи относятся к ранним временам, поскольку тогда такие понятия как этиология и патология водянки были еще очень слабо изучены. В 1746 году на собрании Королевского Медицинского Общества доктор Глаас из Оксфорда представил доклад, сообщавший о пациентке с необычайно огромным животом, утверждая при этом, что причиной подобной формы водянки являлось отсутствие одной почки. Обхват живота составлял 1,93 м, а расстояние между мечевидным отростком и лобком — 1,23 м. После смерти пациента, из живота извлекли 113,5 литров жидкости. Бартолинус упоминает о водянке, содержавшей 54,4 литра жидкости, а Гоккелиус — 81,64 литров. Существует также описание случая с высвобождением 67,58 литров. В архивных данных сообщается о пятидесятилетней женщине, страдавшей асцитом в течение тридцати лет. Пациентке произвели 154 пункции, каждый раз высвобождая примерно по 11,36 литров жидкости. В период двух беременностей, женщину прокалывали три или четыре раза; однако одному ребенку все же удалось выжить. Имеются данные, что в одной из парижских больниц производилось 300 пункций на предмет лечения асцита. Скотт описывает случай, в котором за 24 приема было извлечено 527,1 литров воды. Все функции осуществлялись в период между февралем 1777 и маем 1778 года. Ван Уай, цитируемый Хофландом, сообщает об извлечении жидкости из живота женщины (за пятилетний период) 569,7 литров. Кальтшмидт описывает пример асцита, в котором, в результате 12 пункций было высвобождено 226,8 литров жидкости. В 1721 году Моран представил два любопытных случая. В одном, за 22-месячный период посредством 57 пункций врачи извлекли 440 литров жидкости, в другом количестве, высвобожденное за десять месяцев, составляло 774,7 литров. Также существуют подтверждения того, как во время операции на водянке хирурги удалили 219,5 литров “гноя”.
В “Философских Трудах” можно прочесть описание примера гидронефроза, когда образовавшийся мешок содержал 108,86 литров воды. В свою очередь зарегистрированы случаи водянки яичников весом более 45 кг. Бланшар же упоминает о маточной водянке, достигавшей 36,28 кг.
В “Эфемеридах” представлен доклад о случае гидроцефалии, обнаружившей наличие 10,88 литров жидкости. Подобные примеры не единичны.
Эллиотсон также сообщает об извлечении из печени большого количества гноя. 38-летний прооперированный пациент страдал так называемым эхинококкозом печени. Из органа извлекли 3,785 литров гниющей жидкости. Льето цитирует пример эхинококкоза, описанный Бланшаром, при котором желудок пациента содержал 40,83 литра жидкости.
