Гарецкий из Санкт-Петербурга ознакомился с 379 сообщениями о проведении посмертного кесарева сечения и получил следующие результаты: 308 извлеченных детей были мертвы, 37 показывали признаки жизни, а 34 жили. Из тридцати четырех живых детей, 29 сразу же скончалось. Таким образом, выживших осталось только пять. Горецкий заключил, что если дети рождаются через 5-6 минут после смерти матери, то они могут быть живыми; если истекшее после смерти время составляет 6-10 минут, дети могут родиться задохнувшимися; если промежуток времени составляет 10-26 минут, то они практически мертвы. В большинстве случаев, новорожденные или задохнулись, или умерли через минуту после своего появления на свет. Если смерть матери была внезапна, например, в результате апоплексии, несчастного случая или самоубийства, у ее ребенка больше шансов на выживание. Подобные статистические данные кажутся нам вполне достоверными.
В свою очередь, Пёч приводит другую статистику: в 453 случаях, 101 ребенок показывал признаки жизни, в живых же осталось только 45 детей.
Во времена Парижской Коммуны, Тарнье пригласили в родильный дом на обследование недавно убитой беременной женщины. Пуля вошла ей в голову и застряла в мозге. С помощью кесарева сечения удалось высвободить ее ребенка, который прожил еще несколько дней. В другом описанном им же случае, беременная женщина выбросилась из окна с десятиметровой высоты; через тридцать минут после ее смерти, из нее (правда, с небольшими трудностями) извлекли новорожденного; ребенок был реанимирован и прожил еще тринадцать дней. Таким образом, Тарнье утверждает, что ребенок может родиться живым через сорок пять минут или даже через час после смерти своей матери. Он также цитирует удивительный пример, описанный у Юбера: женщину на восьмом месяце беременности переехал поезд, и только через два часа после ее смерти было произведено кесарево сечение.
Хоффманн сообщает об операции, проведенной им через десять минут после смерти пациентки. Его была тридцатишестилетняя женщина на восьмом месяце беременности, внезапно умершая от эклампсии. В результате кесарева сечения, у нее родился живой мальчик: недоношенный и слабый, ребенок умер через двадцать пять часов.
Грин рассказывает о женщине, которую на девятом месяце беременности раздавил дилижанс: Пострадавшая умерла через двадцать минут, а через такой же промежуток времени, с помощью кесарева сечения, у нее родился живой ребенок.
Схожий факт произошел в 1829 году, в одной из Парижских больниц: тогда ребенка извлекли через пять минут после смерти матери. Скуайр описывает случай, когда беременная женщина умерла от расширения аорты; ее ребенок был спасен через двадцать-тридцать минут. Комментируя данное происшествие, хотелось бы упомянуть имя Эвелинга, считавшего возможным спасение ребенка через час после смерти матери. Бекманн сообщает о женщине, которая внезапно умерла в конвульсиях. Через пять минут ее прооперировали и извлекли маленького двухкилограммового мальчика. У новорожденного было слабое сердцебиение, и все уже отчаялись его спасти. Тем не менее, после получасовой операции, дыхание удалось восстановить, и ребенок постепенно вернулся к жизни. Вальтер, в свою очередь, также упоминает случай посмертного рождения ребенка у матери, скончавшейся от апоплексии.
Клевленд публикует очень интересное сообщение о сорокасемилетней женщине. Она начала ребенка через пять месяцев после того, как у нее прекратились менструации. Однако, не подозревая, что зачатие может произойти так поздно, ей во время обследования ввели маточный зонд. Пациентка умерла, а через час произвели кесарево сечение и высвободили живого ребенка. Существует также два недавно произошедших случая, когда рождение произошло через час после смерти матери. Об одном из них поведал Веронден: тогда живой ребенок появился на свет через два часа после смерти матери. Другой же случай описал Блетнер: в нем ребенка извлекли по прошествии часа.
Очень часто в медицинской литературе, особенно в более поздних публикациях, сообщается о фактах