С этими словами вскинутая рука вдруг мелькнула между ней и Синдзи, в воздухе блеснули капли слез, и вдруг все пространство вокруг заполнилось громким сухим треском. Где-то под рукой сверкнула яркая голубая дуга, тут же исчезнувшая под курткой женщины, раздалась серия частых коротких щелчков, и Мисато резко выгнулась назад, выронив пистолет из рук. Под едва различимое пощелкивание, что звучало даже тише хриплого выдоха женщины, та запрокинула голову с широко раскрытыми, почти выкатившимися глазами, распахнула рот, машинально выгнула руки в стороны, мелко затрясшись, и через несколько секунд рухнула на пол. Еще в воздухе она потеряла сознание, хотя ее тело так и продолжало конвульсивно содрогаться, распластавшись внизу с пустым остекленевшим взглядом.
И только тогда Синдзи выдохнул, выронил из трясущихся рук шокер и сам сполз вниз на колени, потому что ватные ноги больше не могли его держать. Чувствуя бешеный стук сердца в груди, давление в голове, настолько сильное, что уши заложило до глухоты, и невероятную тяжесть, что сцепило легкие и не давало вдохнуть воздуха, Синдзи тихо застонал. Только сейчас, когда вся его решимость и бесстрашие чудесным образом испарились, будто лопнувший мыльный пузырь, он вдруг понял, насколько близко стоял на пороге смерти и сколь сильно он ее боится.
"Проклятье, проклятье, проклятье!.. Я чуть не умер... Просто в голове не укладывается… Я... умер... И сам шел под пулю… Господи, что же это... Это... Никогда мне еще не было так страшно..."
Обливаясь ледяным потом, Синдзи старался в памяти даже не возвращаться к тому моменту, как он взывал к женщине, уговаривая ее выстрелить, как та нажала на спусковой крючок пистолета, как затрещал шокер и его бывшая опекунша, пораженная электрическим разрядом, в жутких, исказивших лицо спазмах рухнула на пол, где сейчас подергивалась от сковавших мышцы судорог. Накатившая волна паники от чудом минуемой смерти, а также от опаски за здоровье Мисато — у нее запросто могло отказать сердце или остановиться дыхание из-за паралича мышц — целиком поглотила Синдзи, заставив его уткнуться лицом в колени и прикрыться локтями, и в хаосе собственных мыслей слышался лишь противный назойливый гул в голове да голос страха, взывающего о помощи.
"Ты что, дурак? Поднимайся уже, хватит рассиживаться. Тебя твои сокровища ждут".
Перед глазами вспыхнула темная пелена, и тут вдруг все исчезло. Паника, тревога, страх, хаос — все вдруг замолкло, будто ничего и не было, и только вид тяжело дышащей женщины на полу доказывал реальность произошедшего, что, впрочем, теперь вызывало у Синдзи лишь улыбку недоумения. Он спокойно поднялся, отряхнувшись, подошел к бьющемуся в мелких судорогах телу женщины, которая так и не пришла в сознание и сейчас смотрела сузившимися зрачками куда-то в пустоту, перевернул ее и сцепил наручниками запястья за спиной. Затем он порылся в ее карманах, достав связку ключей и бумажник, поднял шокер и остановил свой взгляд на покоящимся у ног пистолете.
"Чудненько".
Спрятав оружие в тумбе, Синдзи еще раз осмотрел трясущееся тело женщины, обдумав планы на ее счет, и усмехнулся.
— Зря вы не выстрелили, Мисато-сан.
