— Мои псы готовы разорвать ваших учениц, но пока те еще относительно целы, а кто-то даже невинен. Предлагаю сделку — вместо них мои ребята будут насиловать вас, столько, сколько у них есть сил, долго-долго и очень больно. Но ученицы не пострадают. Идет?
Женщина горько скривилась, не осмеливаясь поднимать голову, заскулила навзрыд и тихим молящим голосом прошептала:
— Прошу, не надо… У меня дети, муж… Остановитесь…
— Это не ответ, — рыкнул парень. — Нам трахать вас или девочек? Я тебя спрашиваю, шлюха! Ты или они?!
— П-Пожалуйста… Хватит…
— Тебя или их?! Отвечай!!! Если не ответишь внятно, будем драть тебя.
— Нет… нет… Я не могу… Не меня…
— Не тебя? Значит, их? Говори отчетливо!
— Д-Да…
— Отлично.
Он самодовольно выпрямился и кивнул своим парням.
— Вы слышали ее, ребята. Дерем сучек, училкой займется наш достопочтенный гость.
А затем перевел взгляд на зарыдавшую на полу женщину.
— Мудрый выбор. Но это не исключает того факта, что ты дерьмо. Вот и живи теперь, как дерьму подобает.
Зал разразился новой волной воплей. Панки, вытянув из группы девушек отчаянно извивающуюся ученицу, мгновенно сорвали с нее одежду, подняли за бедра на руки, и один из них развернул ее корпусом к себе, лицом к лицу. Та завизжала от безумного ужаса, беспомощно забила конечностями, но мгновенно запнулась, когда парень всадил в ее киску член, и натянуто напряженно пропищала. На пол тут же закапали ручейки крови, и девушка, скривившись от боли, сдавленно и обессилено заплакала, но тут второй панк, пристроившись сзади, достал свой член и приложил его к намокшей киске. Однако вместо того, чтобы войти в попку, он поднажал вперед и с жестким усилием протолкнул его рядом с пенисом напарника, также протиснувшись между натянутыми губками и войдя во влагалище. Два члена, хоть и не без труда, но затерлись в одном расширившемся, словно в клещах, разодранном отверстии и забились внутри лона, сначала медленно, но потом, ускоряясь, все быстрее, пока дырочка не растянулась в овал и не замялась под фрикциями, как тесто. Девушка сначала сдавленно заскулила, а потом, когда ощущения сделались невыносимыми и плоть не начали терзать рвущие ощущения, вскрикнула и разразилась долгим протяжным воем.
Толстяк и качок забавлялись с другой ученицей, поймав еще одну чирлидершу, распоров на ней всю одежду, после чего сразу же войдя в нутро. Первым начал толстяк, впрочем, разочаровано констатировав, что «девственность в целочке не обнаружена», забил своим тучным потным телом и довольно быстро кончил. Однако вместо продолжения они с хихиканьем о чем-то перешептались, и качок достал из-за пояса широкий длинный нож, гордо названный им военным тесаком. Заплаканная, но еще не успевшая лишиться чувств девушка в панике завизжала, когда тот поднес лезвие к ее киске, но ее сопротивление было быстро подавленно навалившейся тушей толстяка, и качок резкими движениями начал соскребать с ее лобка тоненькие, но уже обильно покрывшие бугорок волосики. Девушка сдавленно запищала и забилась, однако через полминуты эпиляция была закончена, и качок с гордостью пошлепал ладонью по покрасневшей не очень гладко выбритой кожице с частыми вкраплениями черных точек. А затем, задумавшись, обо что вытереть нож, пожал плечами и ввел лезвие в промокшее, залитое спермой влагалище заточенной стороной кверху, слегка надрезав плоть на потолке туннельчика.
— Вот, а ты говорил, целка уже порвана, — захохотал он от вида потекшей крови. — Слышь, сука, хватит рыпаться, иначе сама все себе там располосуешь. Лежи тихо и терпи.
А затем, закурив сразу три сигареты одновременно, они с толстяком попеременно начали прижигать их о соски, заставляя девушку вскрикивать от боли и тут же запинаться из-за режущего ощущения во влагалище. И когда ее доселе розовые сосочки покрылись темными пятнами ожогов и задымились, качок перенес последнюю сигарету к клитору и плавно утопил в него тлеющий конец.
— ГЬЯ-А-А-А-А-А-А!!! — пронзил воздух душераздирающий агонизирующий вопль девушки, а ее тело, уже не слушаясь девушки, непроизвольно выгнулось дугой, и нож скользнул по влагалищу, острием утонув в мягкой чувствительной плоти и пропоров бороздку сквозь мочеточник прямо к клитору, разделив капюшон на две половинки и вырвавшись сверху клинообразным разрезом. Мгновенно потерявшая сознание чирлидерша, чьи бедра стали обильно заливаться алой жидкостью, безвольно обмякла на полу и забилась в рефлекоторых конвульсиях, а парни с хохотом уже отошли от тела в поисках следующей жертвы.
Блондин в этот момент уже забавлялся с новой девственницей, лишая ее оной прямо не телах подруг — вырвав из группы девушку, он бросил ее сверху и, даже не срывая с нее трусиков, вонзил в киску свой восстановившийся после оргазма член, разорвав ткань и забив ее глубоко в окровавленное влагалище. Алые капли забрызгали по телам взвывших от ужаса подруг под ней, сама ученица протяжно и глубоко завыла навзрыд, но вырваться ни ей, ни подругам не позволяли крутящиеся перед их носами биты подчиненных лидера.
