Альфонс резко бросился на солдата и поднял руку, давая сигнал своим войскам остановиться. Его взгляд остановился на Артуре Валериане, молодом дворянине, возглавлявшем вражескую атаку. Серебряный плащ развевался за ним, лицо скрывал начищенный шлем. На нагруднике сиял герб Валериана, а рядом с ним слабо пульсировали светящиеся руны. На боках висели два меча, а по бокам стояли рыцари в доспехах, сверкающих чарами. Богато украшенные материалы не соответствовали тому, чего они ожидали от его войск.
Это ничего не меняет.
Альфонс пробормотал, обращаясь скорее к себе, чем к кому-либо ещё. Для него размер вражеской армии мало что значил. Артур не обладал ни тактикой, ни боевыми навыками. Если Альфонс доберётся до него и сразит, остальные падут. Даже несмотря на ничтожные шансы, он сохранял уверенность. Сила измерялась не только числом. В этом мире исход определялся уровнем мастерства.
Его армия, состоявшая из трёх тысяч человек, была лучше обучена, лучше вооружена и, вероятно, более могущественна. Даже в серьёзном сражении он видел только один исход: победу.
Единственной реальной угрозой был человек по имени Вейланд, который уже дважды победил Эммерсона. Но если Альфонс сможет задержать его хоть на немного, битва будет за ним. Он лягнул своего коня вперед, крича от гнева.
Вперёд, говорю я! Если никто не прорвёт их строй, я разрушу его своей рукой!
Барабаны войны снова загремели, когда верная армия Теодора ринулась вперед, дисциплина держалась твердо, несмотря на разъяренное состояние их командира. Роланд, все еще находящийся наверху стен, не двигался. Его глаза следили за Альфонсом, как ястреб следит за змеей.
Он целится в Артура?
Он пробормотал, наблюдая за перегруппировкой вражеских сил. Армия отвернулась от города и сосредоточила внимание на Артуре, полностью отказавшись от осады.
Он даже не пытается отступить. Неужели он действительно верит, что сможет победить, просто убив Артура?
Может быть. Это базовая тактика, которой учат в Рыцарской академии .
Роберт ответил, когда он подошел и встал рядом с братом. Это была обычная тактика — захватить или даже убить вражеского командира. Братьям Валерианам было запрещено убивать друг друга, даже во время войны, но это не означало, что несчастные случаи были невозможны.
Роланд не удивился бы, если бы Теодор уже отдал тихий приказ воспользоваться возможностью, если она представится. Он легко мог представить, как брат обещает защиту любому солдату, который это сделает, даже если тот и не собирался сдерживать это обещание.
Однако он не задействует все свои войска .
Хотя большинство из трёх тысяч воинов ринулись на Артура, часть осталась у городских ворот. Роланд не был уверен, но предполагал, что Альфонс прикрывает его тыл. Големы всё ещё стояли там, готовые к атаке. Возможно, Альфонс опасался ответного удара, что было бы разумной мерой предосторожности.
Но даже если так, это не имело значения. Если их враги считали Роланда единственным способным бойцом среди них, они совершали опасную ошибку.
Пришло время этим ребятам засиять.
И они действительно сияли, солнечный свет отражался не только от их доспехов, но и от металлических конечностей. Артур выкрикнул команду, и армия расступилась, открыв небольшую группу воинов в доспехах. На первый взгляд, это был стандартный кавалерийский полк, но по мере их приближения становилось ясно, что в них есть что-то необычное.
Их доспехи казались несоответствующими в нескольких местах, особенно вокруг конечностей. Неопытному глазу могло показаться, что у них просто не хватает частей доспехов, оставляя руки и ноги открытыми. Но это было не так. Их конечности были заменены мифрилом и гномьей сталью, выкованными, чтобы выдерживать битву даже более эффективно, чем плоть и кости, которые у них когда-то были. Это были ветераны давно минувших войн, рыцари, чьи тела были сломлены, но чьи духи все еще жаждали битвы.
То, что от них осталось, было перековано в кузницах Артура, создано под руководством Вэйланда. Их отсутствующие конечности были заменены протезами из магических сплавов и покрыты рунами силы. Многие считались погибшими, их имена были затеряны во времени, их могилы пусты. Но они не пали. Они вернулись.
Тишина воцарилась над обеими армиями, когда конные фигуры приблизились. Это было затишье перед бурей. Из отверстий в спинных пластинах шипел дым, а таинственный свет мерцал по швам искусственных конечностей. Впереди ехал воин с массивной тёмной глефой. Он держал её в правой руке – протезе, пульсирующем магической энергией. Его лицо было скрыто за тяжёлым тёмным шлемом, но из одной из прорезей для глаз пробивался слабый зловещий свет.
Сэр Уишард.