Уже подходя к дому, я бросила косой взгляд за спину и увидела, что все четыре мужика в похоронного цвета пиджаках мрачно смотрят нам вслед. На лицах читалась брезгливость пополам с недоумением.
«А ну их всех к черту! Заслужили, нефиг на посту спать!»
Но увольнять теперь придется всех. Только человек, хорошо знакомый с устройством сигнализации поместья, мог обесточить замок на калитке.
Или все они действительно были заодно.
Легко распахнув незапертую дверь, что, признаться, не произвело на свекровь никакого впечатления, я шагнула в холл и строго сказала:
– Идите за мной, Ирина Яковлевна.
– Как хочешь, – пожала плечами та и вслед за мной поднялась по лестнице на второй этаж.
Я подошла к двери в ванную комнату – идите, Ирина Яковлевна, идите, – щелкнула заработавшим выключателем и, перешагнув порог, остолбенела.
В почти двадцатиметровом помещении царил абсолютный порядок. Шторка чинно висела на своем месте. Коврик аккуратно устроился возле джакузи. Ванная сверкала хромом и кафелем и ничем не напоминала о вчерашнем разгроме.
– Ну? – заходя внутрь, спросила свекровь. – И что ты хотела мне показать?
Немым соляным столбом с выпученными глазами я застыла в центре комнаты и пыталась вернуть дар речи.
Кажется, я действительно начинала выполнять программу-минимум и сходить с ума. Свекровь данный факт отметила:
– Софья, ты что, умом тронулась?! Что за цирк ты устроила возле ворот?!
Я вяло шлепала губами и трясла головой.
– Где ты валялась?! Посмотри на себя! От тебя воняет как… как от вокзальной девки!
Я посмотрела в большое зеркало над умывальником и вяло ужаснулась. В спутанных волосах застряла солома, то есть трава из-под куста, и серые прошлогодние листики. Лицо было довольно чистым – продолжительное ночное купание очень этому поспособствовало, – зато черный спортивный костюм отличился на славу. Две дыры на коленях, одна на боку, в «молнии» под подбородком застрял пучок осоки.
– Где ты была?! – продолжала наседать свекровь. – Что случилось?!
Первый вопрос по существу. И на него я ответила:
– На меня напали. Сегодня ночью, в этой ванной.
– Здесь? Кто?!
– Не знаю.
– А охрана?! Собаки? Сигнализация?!
Резонно.
– Охрана бездействовала. Как и сигнализация.
– Бездействовала? – повторила за мной свекровь. – Вместе с собаками. И куда он потом делся? Твой грабитель.
– Уплыл за мной за реку.
– Ага. Уплыл. И где ты сама была? В деревне?
– Нет, – медленно ворочая языком, ответила я. – В деревне все спали, он был с собакой, и я уплыла снова.
– Уплыла? – Яковлевна повторяла за мной каждое ключевое слово и разговаривала как с умалишенной. Мой грязный, потрепанный облик не вызывал в ней доверия. Только чуть брезгливое участие с толикой любопытства. Моя свекровь предпочитает слушать на ночь зачитанные Раечкой любовные истории, а не детективы и триллеры. – И куда потом твой грабитель делся? Испарился?
– Я не знаю.
– А как он в этот дом проник?
– Не знаю!! – завыла я. – Через окно, через дверь, через веранду! Но
Ирина Яковлевна подошла ко мне вплотную и заглянула в глаза:
– Софья, посмотри на меня. Ты крепко спала? Ничего на сон грядущий не
– Нет!! – отшатнулась, отскочила я. – Нет!! Все это правда!!
– Тебе лучше успокоиться, – с внезапной подозрительной ласковостью проговорила свекровь. – И вызвать врача.
Человек, что сам не вылезает из психушек, находит, по всей видимости, в ближних
– Не надо врача! – Я топнула ногой и чуть не разрыдалась. – Поверьте мне! Просто поверьте!
– Хорошо, я верю, – миролюбиво согласилась Ирина Яковлевна. – Чего ты хочешь?
Я подошла к ней ближе и, бегая глазами по лицу напротив, членораздельно выдавила:
– Я хочу… Нет, я требую! Чтобы уволили всю охрану.
– Всех троих? – покорно уточнила свекровь.
– Нет! Всех! Человек пришел извне, приплыл на лодке!
– Ты это видела? – прищурилась мадам Туполева.
– Нет!!! О боже, нет!! Я видела эту лодку потом! И собаку…
– Хорошо, – все так же спокойно кивнула свекровь. – Я сообщу Назару, и он примет решение…
– Нет! – все так же горячо воскликнула я. – Я хочу, чтобы всех уволили немедленно! До наступления темноты!
Пожалуй, последнее восклицание я произвела зря. Ирина Яковлевна как бы закрылась – собака, лодка, боязнь темноты, что за бред? – и мило улыбнулась одними губами:
– Хорошо, Софья, я сделаю все, как ты хочешь.
Но я не поверила ни единому ее слову. Глаза выдавали намерения свекрови лучше вербальных символов.
– Ирина Яковлевна, – сглотнув, я с трудом усмехнулась, – только, пожалуйста, не надо вызывать санитаров со смирительной рубашкой. Я в порядке. Я в норме.
– В норме? – подняла выщипанные брови наша главная домоправительница и вильнула взглядом. – Да я и не сомневалась… В общем-то…
