— Я полагала, что была осторожна, — попыталась оправдаться она, чувствуя непреодолимую усталость.
— Вам удалось кого-то напугать, причем довольно сильно. Не забывайте об угрозах и попытках подкупа моих людей.
Розали подняла глаза:
— За всем этим стоит совратитель Линетт?
— Я склонен так думать.
О боже. И ни слова осуждения ее грубым и несправедливым обвинениям на свой счет, глупым поступкам, множеству ошибок. Розали набрала в легкие воздух:
— Алек, мне очень жаль, я несправедливо вас подозревала, так глупо. Почему вы так добры ко мне?
Он вздохнул, поднялся и подошел к канделябру затушить еще одну мерцающую свечу.
— Возможно, не люблю несправедливость. И не судите себя слишком строго, миссис Роуленд. Напротив, я полагаю, вы поступили очень храбро, приехав в Лондон и предприняв собственные поиски.
— Линетт была моей сестрой, — просто ответила Розали, — Разве не поступил бы так каждый ради своей семьи? Разве семейная преданность не самый сильный из человеческих инстинктов?
Алек задержал дыхание.
— Ваша преданность достойна восхищения, — вот и все, что ему удалось выдавить. — У вас есть еще какие-нибудь подсказки, кроме тех фактов, что Линетт хотела стать актрисой и когда-то работала в Храме красоты?
Она рассказала ему о театре Марчмонта и тайной тетради записей доктора Барнарда, спрятанной в «Мифологической библиотеке» Аполлодора. Он внимательно ее выслушал.
— Я также наведу справки, — заявил Алек.
— Вы?! — изумленно воскликнула Розали.
— Давайте посмотрим на это так: кто-то весьма опасный устроил на вас охоту, и мне бы очень хотелось узнать кто. Не стану обещать, но мои люди могут быть полезными в разведывании тайн. — Он посмотрел на часы и грустно улыбнулся, что мгновенно опечалило Розали. — Время возвращаться в Вороний замок, Розали. Вы уже осознали, я полагаю, что должны доверить мне свою защиту, безопасность. В свою очередь я даю вам обещание. Начиная с этого момента, заверяю вас, вы можете полностью на меня положиться. Абсолютно во всем. Я достаточно ясно выразился?
О да. Розали в точности поняла, что он имел в виду. Другими словами, Алек Стюарт больше и пальцем к ней не притронется. Розали медленно поднялась со стула, ощущая острую боль невосполнимой утраты, которая охватила ее при воспоминании о горячих объятиях и ласках, которым она столь охотно отдавалась.
— Не думаю, что вам следует винить себя в произошедшем, — прошептала Розали.
Внутренняя тоска и боль, вероятно, как-то проявились на ее лице, потому что Алек нежно коснулся ее руки.
— И не вам, Розали. Не бойтесь, мы обязательно найдем мужчину, соблазнившего вашу сестру, и, подозреваю, это окажется тот же человек, который пытался вас запугать. — Он убрал руку, и Розали почувствовала холод. — А между тем, — продолжал Алек, — мои люди заслужили приятный сюрприз. Как вы считаете? — Он небрежно накинул изысканный фрак, подхватил пустые мешки, которые она до сих пор не замечала, и стал складывать в них со стола всякую снедь. Ветчина, пироги, огромные круги сыров, свежеиспеченные буханки хлеба летели в мешки, пока те не оказались забитыми под завязку.
У Розали оборвалось дыхание.
— Что вы делаете?
Алек ухмыльнулся, сверкнув белоснежными зубами.
— Доставляю партию продовольствия в Вороний замок. Пока вы были наверху, Джарвис принес мне парочку мешков. Склонен думать, в Замке все это пригодится гораздо больше, чем здесь, не так ли?
Она подумала о голодных, одетых в обноски солдатах.
— О, это так! Но разве никто не хватится?
— Я же объяснил, отец уехал в деревню, и ему это не понадобится. Я вполне волен поступать, как мне угодно. Как это оценить по вашей журналистской шкале преступных деяний?
— Я считаю, это превосходная идея! Но, Алек…
— Гм? — Он обернулся, продолжая упаковывать провизию.
— Алек, — порывисто проговорила Розали, — помните, на углу Лотбери-стрит всегда собирается столько нищих. Мы проезжали по дороге сюда. Здесь много еды, не могли бы вы раздать и им что-нибудь на обратном пути?
— Охотно. Возьмите мешок и положите в него пироги с буфета, а я скажу Джарвису, что мы уезжаем. И у меня есть еще кое-что для него. — Он взмахнул списком подделок, который составил во время их импровизированной экскурсии по дому.
— Картины! Я совсем забыла. О, и что же вы собираетесь с ними делать?
— Удостовериться, что оригиналы таинственным образом вернутся владельцу, — заверил ее Алек. — А теперь, если вы выйдете наружу, заметите прибывшего в экипаже Гаррета. — Он зашагал к двери. — Джарвис!
Престарелый дворецкий немедленно появился:
— Сэр?
Алек вручил ему список и дал шепотом какие-то указания, прежде чем выйти за дверь.
На улице уже стоял Гаррет с огромным рыжебородым сержантом Макгратом. Они прибыли на старой, видавшей виды колымаге.
— Немного продовольствия, ребята, для Вороньего замка, — весело объявил Алек, указывая на собранные у парадного мешки с едой.
— Да, сэр! — Мужчины охотно принялись грузить мешки. Алек помог им, а когда с этим было покончено, проводил к экипажу Розали.
— Вот и все, — заметил Гаррету капитан. — Ах да, кстати, мы собираемся оставить один мешок с едой на углу Лотбери.
