— Вы правы, капитан, — кивнул Гаррет. С неуклюжей улыбкой он обернулся к Розали. — Все в порядке, мадам? Ваша малышка, с ней все хорошо, она будет рада снова вас увидеть! — После чего вскарабкался на козлы рядом с Макгратом, уже державшим вожжи.
Алек бросил на Розали потрясенный взгляд:
— Боже мой! Гаррет вам улыбнулся. Какое колдовство вы на нем опробовали?
— Не знаю, не знаю. Возможно, я просто проявила доброту к его собаке?
Алек приподнял бровь.
— Да вы ведьма, миссис Роуленд, — мягко проговорил он, — через пару дней мы все будем брать пищу у вас с рук.
Розали вновь замерла. Миссис Роуленд — о боже! Она рассказала ему о Линетт, но не призналась в остальной лжи, в частности, касательно своего мнимого вдовства. Но если расскажет, что не замужем, капитан, возможно, поставит под сомнение все ее слова и выставит из Вороньего замка. Откажется помогать.
Он насмешливо посмотрел на нее:
— Что-то не так?
— Нет! — Розали покачала головой, выдавив улыбку. — И… Алек, спасибо вам. За щедрое предложение помощи.
— Абсолютно не за что. — Он уже хотел посадить ее в экипаж, но запнулся. — Меня беспокоит одна вещь. Хотя мы оба знаем, что вам достаточно безопасно оставаться со мной в Вороньем замке, от вашей репутации, мягко говоря, ничего не останется.
Розали едва не рассмеялась. Это се сейчас меньше всего волновало.
— О господи! А я-то ожидала получить парочку предложений руки и сердца на ярмарке невест в начале следующего сезона! Боюсь, капитан Стюарт, мои шансы на достойный брак довольно низки. И появление на сцене в Храме красоты совсем их не улучшило!
— Вы не мечтаете снова выйти замуж? — осторожно поинтересовался он.
— О господи, нет!
— Думаете, никто не сможет заменить вашего покойного супруга?
Розали пожала плечами:
— Если вам угодно, можно сказать и так, да.
Алек не сводил с нее глаз:
— Миссис Роуленд… Розали, надеюсь, мы, по крайней мере, будем друзьями.
Она молча кивнула, он помог ей подняться в экипаж и проследовал за ней. Сидя на козлах, Гаррет и сержант Макграт затянули песню, лошади потащили древнюю карету по темным лондонским улицам. Алек присоединился к поющим, и его голос, мелодичный баритон, показался ей почти божественным.
Алек улыбнулся Розали. Она улыбнулась ему в ответ, присоединяясь к хору. Однако на сердце по-прежнему было тяжело. Розали не доверяла ему и лгала. Да, теперь он на ее стороне в поисках соблазнителя Линетт. Однако пообещал, что больше никогда ее не коснется и Розали лишь сейчас полностью осознала, насколько опустошительны эти простые слова.
— Лошадка! — радостно воскликнула Кэти, размахивая маленькой деревянной игрушкой. — Лошадка.
Когда они вернулись, она была в небольшой комнат при входе на кухню, восседая на коленях у Мэри. Повсюду лежали милые свидетельства радостного семейно го путешествия за покупками, имбирные человечки, металлическая дудка-свисток, разноцветные ленты и другие игрушки.
— Мы водили детей в Бишопсгейт, — объяснила Мэри. — Конечно, в сопровождении парочки солдат капитана. Надеюсь, вы не возражаете, мадам?
— О, совсем нет. — Розали улыбнулась Кэти. — Дорогая, твоя лошадка просто прекрасна!
— Для куклы Полли.
Кэти усадила маленькую тряпичную куклу на новую лошадку. Алек, вошедший в комнату вслед за Розали, приблизился к девочке и бережно погладил ее волнистые каштановые волосы. Розали кольнуло, когда она заметила в его взгляде нежность.
— Время идти в кроватку, Кэти, — с напускной беспечностью проговорила Розали. Подхватила малышку на руки, вдыхая нежный младенческий аромат ее кожи, и направилась к лестнице, однако на полпути обернулась. — Спасибо вам, — горячо поблагодарила она Мэри и Гаррета и всех других жильцов Вороньего замка, — за то, что вы сегодня так замечательно присматривали за Кэти. За то, что делаете для нас обеих.
— Очень приятно, мадам, — просияла Мэри.
Розали бережно уложила Кэти в маленькую кроватку и спела колыбельную. Алек предложил ей помощь и поддержку. Да, придется жить под одной крышей с мужчиной, который привлекает ее, как никто другой. Господи, как же это тяжело.
Алек направился в свою спальню, бормоча проклятия. С тех пор как в Храме красоты он увидел Розали Роуленд, ему не удается избавиться от постоянных мыслей о ней. Каким образом сегодня в доме отца он смог совладать с собой, в высшей степени недоступно пониманию.
Было так легко сделать ее своей. Гигантским усилием воли он сумел сдержаться, поскольку не был уверен в ее мотивах. И потому что, как ни странно, Розали ему 1 доверилась. А она бы так никогда не поступила, если бы ей были известны его секреты.
