— Ага, — согласился Вэнс. — Почем мы знаем, что Дифин не вызвала эту штуку подсобить ей захватить нас?
Полковник Роудс тщательно взвешивал слова. Сказать, что пирамида привела Дифин в ужас, вовсе не означало помочь собравшимся сохранить душевное равновесие, однако и скрывать правду больше не было смысла.
— Никаких доказательств, что пирамиду вызвала Дифин, нет, но она должна знать, что это. Перед самым ее приземлением она все повторяла: Кусака.
Воцарилось молчание — усваивались возможные значения этого слова.
— Может, это название планеты, с которой она родом, — предположил Вэнс. — Может, внутри девчонки — здоровенная оса.
— Как я уже сказал, — настойчиво продолжал Роудс, — она только что научилась говорить по-английски. На слово «кусака» ее явно навело что-то из увиденного. — Он вспомнил фотографию скорпиона на доске объявлений у Стиви. — Что она хотела этим сказать, я не знаю.
— Вы многого не знаете, молодой человек, — с бледной улыбкой сказал отец Ла-Прадо.
— Да, сэр, но я работаю. Как только мы отыщем Дифин, мы, может быть, сумеем прояснить часть вопросов. — Роудс быстро взглянул на часы: было 22:23, с тех пор, как приземлилась пирамида, прошло чуть больше получаса. — Теперь: насчет обесточивания. Все вы видели висящее под куполом решетки облако дыма. Мы находимся в неком силовом поле, которое генерирует пирамида. Оно не дает дыму улетучиться и перерезает линию электропередачи и телефонные линии. Штука прочная, хотя кажется прозрачной. Как будто нас накрыли большой стеклянной миской. Ни входа, ни выхода. Ни для чего. — Чуть раньше полковник попытался выйти в эфир, пользуясь рацией шерифа, но решетка отражала радиоволны, и он услышал только вой статических разрядов.
— Силовое поле, — повторил Дженнингс. — Докуда оно доходит?
— Мы собираемся слетать и проверить. Я полагаю, оно ограничивается зоной непосредственно Инферно и Окраины — вероятно, самое дальнее, десять миль. Об утечке воздуха нам тревожиться не следует (надеюсь, подумал он), но дым от пожара тоже не исчезнет. — Пламя все еще бушевало. Поднимавшийся от сваленных грудами горящих покрышек черный дым сгущался под куполом решетки и уже начинал обволакивать улицы. Воздух пропитался запахом гари.
Эрли хмыкнул, еще раз глубоко затянулся сигарой, выпустил облачко дыма, бросил окурок на пол и раздавил.
— Полагаю, относительно утечки воздуха я приму свои меры, — проворчал он.
— Годится. Спасибо.
— Одну минуту, — рядом с Ла-Прадо стоял отец Ортега — худощавый, серьезный, с седеющими висками. — Вы сказали, это силовое поле не позволяет ни войти в него, ни выйти, си? Разве неясно, что в этом есть определенная цель?
— Да, — сказал Вэнс. — Держать нас в клетке, пока идет захват.
— Нет, — продолжал священник, — держать в клетке не нас. Лишить свободы Дифин.
Роудс посмотрел на Тома и Джесси. Каждый уже осторожно покружил возле такого вывода. Если черная пирамида — или нечто внутри нее — явилось за Дифин, сама Дифин явно не желала, чтобы ее забрали. Он снова переключил внимание на спокойное вдумчивое лицо Ортеги.
— Это, опять-таки, можно выяснить только у нее. Сейчас нужно поговорить вот о чем: как справиться с толпой. Сомневаюсь, чтобы кто-нибудь сегодня ночью хорошо спал. Думаю, лучше пусть люди знают, где можно будет собраться, найти свет и еду. Есть предложения?
— Школьный спортзал не подойдет? — предложил Бретт. — Он достаточно большой.
— Люди хотят быть поближе к дому, — сказал Дженнингс. — Как насчет церквей? У нас уже есть не меньше тонны свечей, и, полагаю, в хозяйственном можно позаимствовать керосиновые лампы.
— Си. — Ла-Прадо согласно кивнул. — Можно поделить съестные припасы из булочной и бакалеи.
— Небось, в «Клейме» еще найдется пара банок кофе, — сказал Вэнс. — Не помешает.
— Хорошо. Следующий вопрос: как убрать людей с улиц? — Роудс выжидательно посмотрел на Ла-Прадо и Дженнингса.
Ла-Прадо сказал:
— У нас на колокольне есть колокола. Если их не сорвало, можно начать звонить.
— Для нас это проблема, — отозвался Дженнингс. — У нас колокола электронные. А настоящие сняли четыре года назад. Я полагаю, что смогу найти добровольцев, которые пойдут по домам и дадут людям знать, что мы открыты.
— Это и проблемы питания я оставляю вам с мэром, — сказал Роудс. — Сомневаюсь, что мы всех уведем с улицы, но, чем больше народу разойдется по домам, тем лучше я буду себя чувствовать в сложившейся ситуации.
— Доминго, вы проводите меня? — Ла-Прадо с помощью Ортеги поднялся. — Я велю звонить и попрошу дам собрать еду. — Он зашаркал к двери и там остановился. — Полковник Роудс, если кто-нибудь спросит меня, что происходит, можно воспользоваться вашим объяснением?
— А именно?
— «Не знаю», — ответил старый священник с коротким язвительным смешком. Он позволил Мендосе открыть ему дверь.
— Не уходите слишком далеко, святой отец, — сказал Эрли. — Очень скоро вы можете мне понадобиться. И вы тоже, Хэйл. Мне уже привезли четверых рабочих Кейда, которым не дотянуть до утра, а когда остынет настолько, что можно будет забраться внутрь, пожарные начнут вытаскивать и других. Так я себе представляю.
