Ла-Прадо кивнул.
— Вы знаете, где меня найти, — сказал он и покинул кабинет вместе с Ортегой и Мендосой.
— Ополоумел мужик, — пробормотал Вэнс.
Эрли поднялся. Прохлаждаться дальше ему было недосуг.
— Ребята, все это было в самом деле познавательно, но мне надо обратно в клинику. — После уличной потасовки в городскую клинику Инферно для наложения швов и повязок доставили восьмерых парней, в том числе Коди Локетта и Рэя Хэммонда, но в первую очередь следовало заняться серьезно пострадавшими рабочими с автодвора Кейда — а ведь из команды в сорок шесть человек за смятую, поваленную изгородь шатаясь, истекая кровью, объятые пламенем, выбрались лишь семеро. Персонал Эрли — три медсестры и шесть добровольцев — в ослепительном сиянии аварийных светильников обрабатывал пострадавших от шока и изрезанных стеклом людей. — Док Джесси, вы бы мне несомненно пригодились, — сказал Эрли. — У меня там парень с куском металла, который царапает ему хребет, а еще одному очень скоро придется расстаться с раздавленной рукой. Том, если вы способны ровно держать фонарик и не испугаетесь нескольких капель крови, могу пристроить к делу и вас. — Доктору пришло в голову, что очень скоро пожарные вынесут трупы остальных, и у Ноя Туилли работы окажется не меньше.
— Я справлюсь, — сказал Том. — Полковник, вы дадите нам знать, когда найдете ее?
— Сразу же. А сейчас я иду встречать Ганни.
Они последовали за Эрли на улицу, где все приобрело лиловый оттенок. Там еще оставалась группка-другая зевак, но большая часть людей растеклась по домам. Роудс пошел в сторону Престон-парка, Том и Джесси — к своему «сивику», а Эрли проворно забрался в свой багги.
С ревом уносясь прочь, багги едва разминулся с большим, как линкор, желтым кадиллаком, который остановился у конторы шерифа. Из него выбралась одетая в ярко-красный спортивный костюм Селеста Престон и встала, уперев руки в боки, разглядывая массивную пирамиду за рекой. Запрокинув лицо с резкими чертами, она обследовала светло-голубыми глазами небесную решетку. Она уже видела приземлившийся в Престон-парке вертолет — «Один из тех трех, что утром обжужжали меня», — подумала Селеста, и ее праведный гнев вновь воскрес. Однако довольно скоро он иссяк. Чем бы ни были здоровенная сволочь в автодворе Кейда и закрывшая небо лиловая сеть, они возобладали над озабоченностью Селесты своим прерванным оздоровительным сном.
Из конторы Вэнса появились мэр Бретт с Хэйлом Дженнингсом, направлявшиеся на Аврора-стрит, где жил хозяин бакалейной лавки. Бретт чуть не столкнулся с Селестой, и сердце мэра сильно екнуло, потому что он боялся ее до смерти.
— Э-э… миз Престон! Чем могу…
— А, пастор, здрасьте, — перебила она и обратила холодный взгляд на мэра. — Бретт, от души надеюсь, что вы можете объяснить мне, что там за штука, почему все небо освещено и по какой такой причине у меня нет света и телефон не работает!
— Да, мэм. — Бретт с трудом сглотнул, лицо покрылось бисеринками пота. — Ну… понимаете… полковник говорит, это космический корабль, и он выделяет силовое поле, которое отключило электричество, и… — Никакой возможности объяснить происходящее не было, Селеста же наблюдала за мэром, как ястреб, парящий над мышью.
— Миссис Престон, я думаю, самое лучшее, если вы спросите шерифа Вэнса, — посоветовал Дженнингс. — Он все вам расскажет.
— Жду не дождусь! — сказала она. Мужчины направились к синему «форду» пастора, а Селеста расправила плечи, вздернула подбородок и, ураганом ворвавшись в контору, чуть не сорвала дверь с петель.
Шерифа Вэнса она отловила в тот момент, когда он, засунув руку в нутро казенного автомата с кока-колой, вызволял банку.
— Мне нужны ответы на несколько вопросов, — сказала она, когда дверь за ней захлопнулась.
Когда Селеста вошла, Вэнс вздрогнул совсем незаметно: его нервная система свою долю потрясений получила сполна. Он продолжал заниматься банкой, которая восхитительно холодила пальцы. Еще разок повернуть, как следует, и он ее вытащит.
— Садитесь, — предложил шериф.
— Я постою.
— Как угодно. — Черт, что ж эта банка не вылезает? Шериф всегда так делал, и обычно жестянки легко выскакивали наружу. Он покачал ее, но банка, похоже, висела, за что-то зацепившись.
— Да ради Бога! — Селеста прошествовала к нему, не слишком деликатно отодвинула в сторону, засунула руку в автомат и ухватила банку. Резко выкрутив запястье влево, она вытащила жестянку. — Вот! Забирайте свою хреновину!
Шериф вдруг обнаружил, что банка уже не так ему нужна. Рука Селесты была тощей, как рельса, и он подумал: потому-то ей и удалось.
— Не, — сказал он. — Возьмите себе.
Обычно Селеста пила только диетическую колу, но было так душно и жарко, что она решила не привередничать. Она вскрыла банку и отпила несколько глотков прохладной жидкости.
— Спасибо, — сказала она. — А то в горле вроде как пересохло.
