– Ты должна быть великолепна.
Мэллори поднялась из кресла и на мысочках подбежала к шкафу. Мысль сорвать планы Галланта нравилась ей все больше и больше.
– Нет, нет, ох, всемогущие силы природы, откуда здесь нечто подобное?
Привидение отбрасывало платье одно за другим, вещи со скоростью летели из створок шкафа. Мэллори заглянула через плечо рыжей ведьмы, с интересом рассматривая оставшиеся наряды.
– Стой, – внезапно сказала она, дотронувшись до Мейв и тут же отдернув руку от ледяного мороза, кольнувшего ладонь. – Вот это. По-моему, оно идеально подходит мне.
Мейв критически осмотрела предложенное платье. Покрутила его в руках, прощупала швы и материал и лишь после этого удовлетворенно кивнула.
– И никакой бешеной прически. Хочу просто распущенные волосы.
Ведьма заговорщически улыбнулась.
Впервые за день Мэллори была довольна тем, как выглядит. Она выбрала себе простое облегающее черное платье с тонким флером кружева, отливающим багрянцем. Мейв пристегнула к спущенным плечам тонкий бордовый плащ, скрывающий открытую спину. Привидение опустило золотой венок из сплетенных колокольчиков ей на голову и помогло завязать маленькую черную маску, довершая королевский образ.
– Ох, нет… – закатил глаза Галлант. Мэллори царственно прошла мимо, напоследок повернувшись и подарив полуулыбку.
Она спустилась вниз, остановившись перед самой дверью в бальный зал. Уверенность потихоньку испарялась. Сейчас она окажется в комнате, наполненной кровожадными, наводящими ужас тварями, которые ни перед чем не остановятся, задумав истерзать душу человека. Мэллори сцепила пальцы.
– Ты готова?
Она обернулась. Майкл стоял чуть позади, осматривая Мэлл с ног до головы. Мэллори обхватила себя за руку и неуверенно качнула головой.
– Дресс-код ведь красный цвет, – неловко улыбнулась она, глядя на графа. Единственной данью Маскараду были красные тени с внутреннего уголка глаз и галстук. Все остальное одеяние, по своему обыкновению, было черным.
Майкл усмехнулся и подошел к ней.
– Мои руки по локоть в крови. Неужели мало алого в моем образе?
Он приподнял локоть и Мэллори покрепче перехватила его, сглотнув комок в горле.
Лонгфорд дьявольски улыбнулся ей и, склонившись, шепнул:
– Когда ты боишься, я слышу, как сердце бешено гонит кровь по твоим венам…
Мэллори почувствовала, как краска прилила к щекам. Ничего-то она не боится! И уже тем более его…
– Король и королева! Приветствуйте! – раздался голос Галланта из бального зала. Двери медленно раскрылись.
***
Мэлл выбежала на улицу, порядком запыхавшись. Дурдом какой-то, а не Маскарад нечисти…
А ведь начиналось все так хорошо. За расписанными золоченными узорами дверьми их уже ждали необычные гости, разодетые в пух и прах. Майкл плотнее прижал ее к себе, когда они шли меж двух рядов сверкающих почтенными улыбками нечисти, склоняющих пред ними головы в знак уважения. Они прошествовали до трона и после этого, видимо, официальная часть приема была окончена, потому что началась вакханалия. Откуда-то заиграла заводная музыка, вампиры и духи, ведьмы и гоблины пустились в безумную пляску, от которой, казалось, сотрясались крыши в Уинбруке.
– Пуэрские магазины для собачек, – пытаясь перекричать вопли музыки сказал Майкл. Она нахмурилась:
– Что?!
– Я говорю, лопасти задника! – повторил он. Мэллори скептически поморщилась.
– Вот поэтому я и не люблю этот праздник, – придвигаясь к ней ближе, в третий раз повторил Лонгфорд и устало вздохнул, откидываясь обратно.
После первых двадцати минут Мэллори привыкла к шуму и уже могла кое-как разбирать чужую речь. Или, быть может, музыка стала тише? Галлант устроился по левую руку от своего господина, стараясь сохранить невозмутимый вид. Неизвестно как и откуда, но в руках он уже держал кроваво-красный коктейль, украдкой попивая через соломинку, и Мэллори искренне надеялась, что это томатный сок.
К трону подошла невысокая женщина в элегантном алом платье, сверкающем ярче, чем люстра бального зала. Снежно-белые волосы были уложены в волнообразную высокую прическу, рядом с ней под руку шел миловидный юноша, ненамного старше Мэллори. Мэлл обернулась на Галланта. Ей показалось или он блаженно выдохнул, увидев ее?
– Мой страх и почтение вам, милорд, – поприветствовала она Майкла реверансом.
– И королеве Маскарада, – добавила она с такой тонкой, изящной насмешкой, что Мэллори даже восхитилась этой подачей.
– Рад видеть вас в добром здравии, графиня, – улыбнулся Майкл и поцеловал протянутую ручку в красной перчатке.
Каждое движение женщины было пропитано кошачьей вальяжностью, словно она перетекала из одного положения в другое. Каждый взгляд: шик и истома. Мэллори против воли засмотрелась на нее, пока не услышала: