А у себя на заводе мы добивались строгого порядка, искали наиболее рациональные и экономические пути доставки [271] деталей и материалов в цехи, не допускали образования сверхнормативных запасов.
Организация производства, его военная экономика, роль руководителя – мне кажется, что эти темы далеко не исчерпаны. Они еще ждут своего исследователя. Методы управления на предприятиях сообразно с быстро меняющейся обстановкой на фронтах отличались динамизмом, оперативностью. Решение требовалось принимать немедленно, сейчас же. На любом уровне повышалась ответственность руководителя, будь то начальник цеха, участка, отдела или директор завода. Не помню случаев (возможно, они и были, но очень редко), когда кто-либо из заводских руководителей практиковал "спихотехнику", увиливал от сложного задания. Сам моральный климат коллектива был противопоказан лентяям, людям безответственным. Именно ответственность, чувство семьи единой – вот что характеризовало сормовичей, да и другие рабочие коллективы. Конечно, не обходилось и без каких-то элементов местничества. Но все же все коллективы, которые работали вместе с нами, превыше всего ставили общее дело, понимали, что самая-то тяжесть легла на Сормово. Так поступали все руководители предприятий.
Чувство локтя, великая отзывчивость в высшей мере свойственны заводскому коллективу. Вот и в Сормове. Как ни трудно было, сил хватало на все.
…Освобождена от оккупантов Калининская область – сормовичи шлют оборудование. Нужно помочь селу – в сельские районы Горьковской области завод посылает машины, ремонтников на уборочную… Организуется Суворовское училище – его оборудуют сормовские рабочие. Они помогают учебной танковой бригаде генерала Нэмме, Ветлужскому танковому училищу под началом генерала Раевского готовить танкистов, оборудуют специальные классы, наглядные пособия. Вместе с другими заводами отдают личные сбережения на строительство танкового корпуса "Советский танкостроитель". Сами снаряжают танки, отправляя на фронт своих же заводчан, овладевших искусством вождения боевых машин.
Когда в 1943 г. гитлеровская авиация бомбила Горьковский автозавод, рабочие Сормова вместе с другими предприятиями и строителями города восстанавливали разрушенные цехи и корпуса. Через две недели автозавод уже поставлял нам все, что положено, а через три месяца [272] давал продукцию для фронта более высокими темпами и в большем объеме, чем раньше, до бомбежки.
В условиях массового трудового подъема формировался и стиль руководства. Кажется, что война, ее суровые законы требуют лишь четкого приказа и беспрекословного подчинения. Командуй, да и только. Но нет, командиры производства в своем большинстве по-иному понимали свою роль.
У нас на заводе стало правилом – по всем важнейшим вопросам советоваться с активом, с рабочими. Отношения были очень простыми. Рабочие, инженеры могли прийти к руководителям завода, высказать свои претензии, предложения. Да и как же иначе можно относиться к людям, которые, не считаясь со временем, отдавали все силы фронту, победе! Все это не значило, конечно, что дело обходилось без приказов, строгостей и взысканий.
На заводе часто бывали ответственные работники ЦК ВКП(б), заместитель председателя Совета Народных Комиссаров, нарком танковой промышленности В. А. Малышев, заместители наркома А. А. Горегляд, С. А. Степанов, П. М. Зернов, М. П. Попов, первый секретарь обкома М. И. Родионов – руководители, известные своей высокой требовательностью и принципиальностью. Сам В. А. Малышев, другие руководящие работники наркомата помимо частых наездов, как правило, каждый вечер связывались с заводом, интересовались ходом работ. Они до деталей знали дело. И тем не менее, облеченные большими правами, они меньше всего командовали. Прежде чем принять решение, внимательно выслушивали и рабочих, и конструкторов, и руководителей служб, советовались с партийными организациями завода и цехов. Я бы назвал этот стиль уважительной требовательностью.
"Две лавины танков двинулись одновременно навстречу друг другу и сошлись вплотную в трех километрах от Прохоровки. У совхоза "Комсомолец" разгорелось одно из крупнейших танковых сражений. Первый эшелон атакующих советских танков на полном ходу врезался в боевые порядки танковой колонны немцев. Ряды перемешались. Немецкие "T-V", лишенные в ближнем бою преимущества своего вооружения, расстреливались нашими "Т-34" почти в упор… С мощных немецких танков слетали тяжелые башни, снаряды пробивали навылет броню. На [273] поле боя горело свыше сотни неприятельских танков и самоходных пушек. Наши танки одержали победу". Так об этом сообщала 29 июля 1943 г. газета "Красная звезда".
Наверное, в искореженном ломе, обгоревшей броне, которую доставляли эшелонами на завод для переплавки, были и немецкие машины, сраженные нашими сормовскими "тридцатьчетверками". Грохот битвы на Курской дуге доходил и до Сормова. Приподнятое настроение чувствовалось во всем.