"Рабочий сход" – так называли это собрание сами старые сормовичи. Василий Сергеевич Токарев пришел в партком. Просил 5 билетов для "ребят". Самому молодому из этих "ребят" было 74 года. У первых 23-х, зарегистрировавшихся на совещании, общий стаж работы на "Красном Сормове" составлял 1000 лет. Просто, без лишних слов говорили на "рабочем сходе" [278] старые рабочие. Гулом одобрения встретили выступление товарищей о жизни, о прошлом, о новой своей рабочей смене, о заботе о ней. А Петр Андреевич Заломов сказал так:
– Ценность жизни, счастье жизни заключается не в том, что человек получил от других, а в том, что он сумел дать другим… Все силы, товарищи старики, приложим к тому, чтобы передать свои знания молодежи, чтобы быстрей готовить из новичков квалифицированных рабочих. А вы, молодые рабочие, старайтесь как можно быстрее научиться делу. От ваших успехов на производстве во многом зависит наша окончательная победа над фашизмом.
В тот октябрьский день 1943 г., в разгар совещания, нам передали письмо Председателя Президиума Верховного Совета СССР М. И. Калинина:
"От души приветствую участников совещания старых рабочих "Красного Сормова". Дорогие товарищи, – писал он, – на вас лежит нравственная обязанность и государственный долг сохранить профессиональные традиции сормовских рабочих и научить новичков так же искусно работать, как работают кадровые рабочие".
С тех пор шефство старых производственников стало на заводе системой воспитания и обучения молодых рабочих. Это шефство повлияло на дальнейшее развитие социалистического соревнования. В наши дни в патриотических починах передовых рабочих "Ни одного отстающего рядом" мы чувствуем отзвуки благородных дел сормовской рабочей гвардии.
Она помогла наладить широкую техническую учебу, подготовку кадров. Только за два года (1943-1944) повысили свою квалификацию, овладели более сложными профессиями свыше десяти тысяч человек.
Когда я думаю об этом примечательном явлении времени, вспоминаю Аркадия Павловича Гордеева.
Вероятно, полагалось бы звать его просто Аркашей: ему не исполнилось и 16 лет. Но он был бригадиром, и под его началом трудились еще четыре худеньких девочки. Наверное, всей бригаде в общей сложности было лет чуть побольше семидесяти.
Белобрысый, низкорослый, с пухлыми губами, по сути еще мальчик, он отличался характером сердитым и самостоятельным. На фамильярное обращение "Аркаша", "Аркадий" не откликался. Насупив брови, нередко покрикивая на девчонок, считал, что бригаду нужно держать [279] в строгости. Девчонки были безропотно послушны. На танковом конвейере операции " 2 и 3 – сборка приводов управления – целиком и полностью принадлежала бригаде Аркадия Павловича.
…Этот день начался неудачно. Корпусный цех не дал ни одного корпуса на первую операцию. А потом начальнику танкового конвейера А. И. Гайзеру доложили, что Аркадия Павловича и всей его девчоночьей бригады нет. Никто не знал, куда они исчезли, поиски ни к чему не привели.
Только в час дня подошли платформы с первыми корпусами. Когда их ввели в цех, из корпуса вдруг выглянула белобрысая голова. Выглянула и исчезла. На платформах, в корпусах танков, и нашлась вся бригада Аркадия Павловича.
Оказалось, что утром, увидев угрозу срыва графика, Аркадий и его девчонки забрали инструменты, детали и ушли в корпусный цех. Не ожидая, пока там закончат все операции, начали сборку приводов управления. Корпуса переходили с места на место. Их грузили на платформы, те в свою очередь, перегоняли по путям, а бригада Аркадия Гордеева работала внутри, стараясь не потерять ни минуты. Когда корпус танка поставили на первую операцию конвейера, вторая и третья уже были закончены.
Какой же великолепный пример использования резервов показала бригада Аркадия Гордеева! Совмещение профессий и операций с тех пор стало широко практиковаться на заводе. Впоследствии юный бригадир А. П. Гордеев был удостоен правительственной награды.
Наши юные товарищи, молодежь, славные комсомольцы старались брать ношу потяжелее. Они оказались достойными своих отцов. Ведь именно среди молодежи, комсомольцев появились двухсотники, трехсотники – те, кто ежедневно давал не менее двух и трех норм. Еще 3 июля 1941 г. комсомолец В. Шишов из монтажного цеха в вечерней смене попросил у мастера разрешения работать на двух станках.
– Товарищ ушел на фронт, и я хочу заменить его.
Движение двухсотников – выполнять норму за себя и за товарища, ушедшего на фронт, – получило широкое распространение на заводе. Дальнейшим развитием его были фронтовые бригады. Люди добровольно подчиняли себя суровым законам фронта: "Не выполнив задания, из [280] цеха не уходить!" Лозунг на заводе был созвучен закону фронта: "Ни шагу назад!"