Однажды вышла из строя котельная. Прекратилась подача пара, возникла угроза остановки завода. Родилась идея использовать для выработки технологического пара старые, списанные в лом паровозы. Уполномоченный ГКО Рагинский обратился к железнодорожникам ряда областей и попросил их о помощи. Через 10-12 часов [319] подоспевшие "старики" выручили завод. Он же под свою ответственность досрочно освободил из мест заключения несколько сот осужденных за неопасные преступления. Тяжелым трудом эти люди искупили свою вину. Работали они самоотверженно, и после войны свыше 80% из них были награждены орденами и медалями.
Большую роль на стройке и на заводе играл командный состав. Подобрать его было не так-то легко. Обком партии еще не знал тогда людей эвакуированных предприятий и вынужден был отбирать из них "на скорую руку". Это было рискованно, в спешке могли быть допущены ошибки. К счастью, их было немного. Прибывавшие коммунисты помогали нам в объективной оценке деловых и политических качеств руководящих работников своих предприятий и в отборе из их числа наиболее способных. Особо важное значение завода для обороны было подчеркнуто ЦК ВКП(б) введением в особую номенклатуру директора завода, его заместителей, главного инженера, главного технолога, начальников цехов. Это повысило авторитет и ответственность работников, воодушевило их на смелое творчество.
Директором завода был утвержден ныне покойный Д. Г. Бидинский, член партии с 1919 г., участник гражданской войны. В работе директора возникали такие трудности, для преодоления которых требовались сверхчеловеческая энергия, незаурядный ум, знание в совершенстве техники, организаторские способности и опыт. Руководство Наркомата боеприпасов именно в этом плане охарактеризовало Бидинского, и он полностью оправдал эту характеристику.
Заместителем директора по технике безопасности был назначен В. В. Иванов, главным инженером – Горбачев, главным технологом – А. Г. Каллистов. Техника безопасности на пороховом заводе имеет первостепенное значение. Малейшее отклонение от строжайших правил режима грозит тяжелыми последствиями. Можно себе представить всю сложность задачи, возложенной на Иванова, если учесть, что тысячи людей, не имевших ни знаний, ни опыта, нужно было буквально в считанные дни обучить обращению с пороховой массой на различных этапах производства. В нормальных условиях на обучение одного человека уходило 6-7 месяцев.
За три дня были подобраны мастера и опытные рабочие, разработаны и размножены учебные программы, [320] подысканы различные помещения, вплоть до землянок, складов, коридоров. Тысячи людей были обучены на таких скоростных курсах и приступили к производству.
А. Г. Каллистова посылали на наиболее тяжелые участки – начальником ответственнейшего цеха, начальником полигона и, наконец, главным технологом завода. Знаток производства, он прямо на рабочем месте учил людей, как вальцевать порох, как его прессовать, что делать, чтобы "попасть в анализ", избежав брака. Не боялся он риска в интересах производства. При этом риск с его стороны не был лихачеством, он всегда был обоснован. Только один раз эксперимент изготовления артиллерийских порохов прошел неудачно. Но этот случай не обескуражил его. Лауреат Ленинской премии А. Г. Каллистов оставил о себе добрую память.
Обстановка потребовала от партийных органов пойти на смелое выдвижение начальниками цехов и мастерами молодых инженеров и техников и даже высококвалифицированных рабочих. Хорошими организаторами показали себя инженеры-коммунисты: Д. Я. Орлов, А. И. Соколов, М. М. Васильев, И. И. Сироткин и др.
Можно только поражаться, как быстро эти люди вошли в курс дела и сколько при этом выявилось подлинных талантов. Вот, например, назначенный начальником цеха Бондарь. У него тогда был весьма скромный производственный стаж. А под начало ему дали несколько тысяч женщин и подростков, в том числе 600 школьников старших классов. Цех был сборочный, он завершал производственный цикл и выдавал готовую продукцию.
Рабочие, впервые увидев это опасное производство, не знали, как к нему приступиться. А работа была ответственнейшая и весьма тяжелая. Представьте себе заряды для 120-мм и 82-мм минометов. Каждый рабочий за смену должен был по норме произвести не менее 5 тыс. взвешиваний и 10-12 тыс. взвешиваний контрольных. Груз весит 7,2 г. Допуск разрешается до 0,1 г. Итого за смену по норме 10 тыс. точнейших взвешиваний вручную. Ни один фармацевт в мире не выполнит и половины этой нормы. А на заводе большинство рабочих делало по 10-15 тыс. взвешиваний.
На завязке узлов и упаковке за смену производили по 12-13 тыс. операций. У многих на пальцах вздувались волдыри, сочилась кровь. Бондарь придумал подставки для подростков-малышей, механические сшиватели [321] мешочков и многое другое для облегчения труда. Рабочих этого цеха звали бондарятами. Начальник цеха действительно был для них отцом, заботливым и ласковым.