Кадры прокрутились, и теперь сцену показывали в другом ракурсе: на экране был виден мамонт, а также часть толпы и приехавшие охранники. Картер стоял на том же месте, хмурясь и быстро что-то записывая. Потом он захлопнул блокнот, и Мариана увидела ярко-желтую обложку. Камера снова переместилась.
– У нас в гостях палеонтолог доктор Анна Ли Ньюиц, – объявил телеведущий. – Доктор Ньюиц, у меня к вам два вопроса. Во-первых, что это может быть? Фальшивка? И во-вторых – чем же все-таки отличается мамонт Колумба от шерстистого мамонта?
Палеонтолога Мариана слушать не стала: у нее нашлись дела поважнее. Надо было думать о Картере, переживать за него. Попытаться его найти. Она не сомневалась в том, что временная аномалия рано или поздно сведет их вместе. И тогда, возможно, удастся получить ответы на все вопросы.
Мэгги шмыгнула из-под ног с громким мяуканьем, словно угадав дальнейшие действия хозяйки.
– Правильно, Мэгги! – сказала Мариана и оглядела комнату, быстро соображая, что с собой взять в дорогу. – Надо спешить. Но свое лакомство ты получишь.
На площади собралась огромная толпа. За ее тесными рядами мамонт был не виден, однако присутствие странного существа все равно ощущалось. Полиция огородила предмет всеобщего любопытства баррикадами, за которые пропускали только зоологов и охрану. Все глаза были устремлены на диковинное животное.
И только Мариану странное явление ничуть не занимало: она проталкивалась сквозь плечи и локти, то и дело оглядываясь по сторонам – не появится ли над головами взъерошенная копна черных волос, не мелькнет ли среди сумок и рук знакомый ярко-желтый блокнот. Продираясь сквозь толпу, она старалась ничего не пропустить. Кругом был страшный шум: болтовня, громкоговорители, жужжание воздушного транспорта.
Вдруг, нечаянно обернувшись, она увидела вдалеке Картера. Забыв про шум и толкотню, Мариана стала искать глазами дорожку в толпе людей. Мамонт тем временем не стоял на месте, а передвигался вокруг памятника Джорджу Дьюи. Толпа валила вслед, увлекая за собой Картера. Уже нисколько не церемонясь с галдящими зеваками, Мариана изо всех сил пробивалась вперед. Но было поздно: Картер исчез.
И тогда, отбросив всякую вежливость, она закричала так пронзительно, что рядом кто-то подпрыгнул он неожиданности:
– Картер! Картер! Я здесь!
Ответа не последовало – лишь раздраженные взгляды стоявших вокруг людей. Мариана побрела дальше, спотыкаясь о чьи-то вещи, расталкивая спины и рюкзаки.
– Картер! – кричала она во все горло.
И вдруг сквозь гомон толпы и выкрики полицейских послышался голос:
– Я здесь!
Сгруппировавшись, Мариана нырнула в толпу и прибавила шаг.
– Картер!
Расталкивая собравшихся, наступая им на ноги и крича при этом с силой пожарной сирены, Мариана уже не обращала никакого внимания на окружающих. Через несколько дней все вернется назад, а сейчас самое главное – найти его. Люди толкали ее локтями, кричали что-то вслед, но Мариане было все равно. Она выкрикивала его имя, и он всякий раз откликался. Голос звучал все ближе.
Впереди какой-то мужчина развернулся и стал выбираться из толпы. Люди вокруг него посторонились, расчистив ему дорожку, и Мариана увидела Картера прямо перед собой. Он распахнул ей навстречу руки, и она бросилась в его объятия. Прильнув к нему, она чувствовала тепло его тела, слышала дыхание. Крепко обнявшись, они замерли, словно боясь потерять друг друга.
– Ты обещал позвонить, – всхлипывала она. – Я везде тебя искала…
– Я тоже… Поверь, я тоже… – твердил он, зарывшись лицом ей в волосы.
Но когда он снова поднял голову, Мариана увидела в его глазах растерянный взгляд.
– Умоляю, скажи мне, – произнес он, отчаянно морща лоб. – Как твое имя?
Они сидели под деревом в небольшом парке всего в нескольких кварталах от Юнион-сквер. С площади по-прежнему доносился шум, но Мариану он не тревожил. Лишь только когда Картер ненадолго замолчал, глядя в серое небо, она прислушалась к отголоскам толпы.
– Со мной что-то творится… Ничего не могу запомнить. В голове все перепуталось.
Мариана взяла его за руку, их пальцы переплелись, и на лице Картера мелькнула тень улыбки.
– Давай еще раз прокрутим, – сказала она, мысленно анализируя ситуацию. – Значит, повтор начался как обычно, а что потом?
– Я знал, что нужно поговорить с тобой. Но имя… имя твое забыл. И номер телефона, и адрес. Все, что я раньше знал, исчезло из памяти… кроме лица. Оно вставало передо мной как живое.
Голос Картера вдруг потеплел, и в глазах появился блеск.
– Да, лицо видел ясно. И кошку твою – Мэгги – тоже вспомнил. И пикник наш с тобой… мексиканский суп… Все это сохранилось в памяти. А вот кто ты – хоть убей, не мог вспомнить.
Мариана кивнула, с трудом подавив волнение. Ясность рассудка была необходима сейчас, как никогда.
– Ты не забыл сбросить блокировку на телефоне?
Картер нахмурился: по лицу было видно, что он мысленно клянет себя.
– Ничего, не волнуйся, – сказала Мариана, сжимая его руку, но ответного пожатия не почувствовала. – С твоим мозгом что-то происходит, но только себя не ругай. Итак, ты не мог меня вспомнить. А что дальше?
