Садко сделал два шага в направлении роскошного черного мотоцикла с алыми тонкими полосами по бокам и фирменным лейблом ЗАСЛОН-а на топливном баке. Мужчина красноречиво хлопнул железного коня по эффектному зигзагу, который составляли на вид весьма удобные сидения водителя и пассажира.
– Мне будет куда спокойнее, если его пристегнут непосредственно к телу.
– Д-да ладно, Садко… Мотоцикл?
– Пусть так, – неожиданно сухо заявил Преображенский. Шех растерянно взглянула в его бледное, скуластое лицо.
– Здесь меньше десяти минут езды.
– А я отличный водитель.
– Меньше возни – больше дела.
– Дорога, как зеркало. И в случае экстренного торможения камера самортизирует об меня, а я проконтролирую. Перевозка в салоне или, не дай бог, багажном отделении создаст мне куда больше головной боли, поверь.
– Время тоже следует сэкономить.
Алена удивленно переводила глаза с одного коллеги на другого, немало изумленная таким единодушием, обычно Елисею с Александром несвойственным.
– Хорошо… Как скажете… – медленно проговорила она после небольшой паузы. Преображенский уже торопливо раздавал указания остальным сотрудникам касательно того, как именно необходимо будет установить камеру позади перевозчика, сколько автоматических ремней, а сколько обычных задействовать, и в который раз переспрашивал тестировщиков проверили ли они работу стабилизаторов перед выносом из бокса.
Когда Садко, будучи при полном параде, уже седлал свое транспортное средство, перепроверяя каждое из креплений на поясе и груди, к нему подошла бледная притихшая Алена и снова напомнила:
– Еще раз. Если что – мы с Сашей на связи. Давай ка проверим микрофон.
– Да нет нужды, ты у меня сейчас в ухе дублируешься так, что я глохну, – улыбнулся Елисей, вставляя ключ-карту в замок зажигания.
Подножка мотоцикла с тихим шорохом сложилась, послушно прижавшись к его, ловящему блики гигантских плафонов, боку. Камера с Антихаосом, намертво пристегнутая к елисеевской спине, была надежно скрыта от внешнего мира своим персональным чехлом, и смирно упиралась днищем в пассажирское сиденье.
– Супер. Линзы? Подтверди, пожалуйста, синхронизацию, – Шех сделала пару скользящих движений пальцами по экрану зажатого в руках планшета. Лисьи глаза Садко, до того бледно-голубые, резко стали голубыми неоновыми.
– Не забудь, что я просил так НЕ делать без предупреждения. Очень отвлекает. Если и понадобится, то выводи картинку только после того, как я лично подтвержу переход в режим автопилота, окей?
– Договорились. Самое главное правило помнишь?
– Не оборачиваться на взрывы? – храбро предположил Садко, натягивая мотоциклетный шлем. Алена ожидаемо насупилась.
– Нет! Больше девяноста скорость не выжимать.
– Ка-ак ска-ажешь! – с ухмылкой протянул Елисей.
Колоссальных размеров рольставня, преграждавшая автомобилям путь на парковку и из нее, негромко зажужжав, медленно поползла вверх. Почти сразу в образовавшуюся меж ней и полом щель хлынул сухой разогретый, несмотря на ночное время, воздух пустыни. Огромный научный комплекс, затерявшийся средь жарких просторов Арчединско-Донских песков6, состоящий из двух исполинских треугольных строений, соединенных сетью небольших автомобильных магистралей, молчаливо вонзал острые шпили своих высот в звездное июльское небо. Вдоль антрацитово-черных линий автодорог, как следует освещенных белым фонарным светом, растягивался погруженный в сон жилой городок для сотрудников и студентов.
Архитекторами такая нетривиальная форма построек задумывалась, как два исполинских парусника, внешний вид которых обязан был рождать возвышенную ассоциацию, в которой эти самые парусники бороздили бы бескрайние волны песчаного моря близ Арчеды7, как лучшие умы всей страны бороздят самые непостижимые тайны науки. Корпуса комплекса так и назывались: «Восточный парусник» и «Западный парусник». Однако, как это нередко бывает, местные, туристы, да и сами сотрудники оказались чуть более приземленны, бессовестно и совершенно невозвышенно прозвав научно-исследовательский комплекс Кошачьи Уши. Название прижилось среди ученых и, разумеется, быстро ушло в народ. Поскольку сильно издалека «парусники» действительно выглядели так, будто за горизонтом притаилась гигантская синяя кошка.
Светлые головы от мира физики и электроники все еще сновали у Елисея за спиной, но он не обращал на это совершенно никакого внимания.
– Все готово, – как всегда лаконично обратился к нему Александр. – Тебя встретят.
– Да уж, пожалуйста, – хмыкнул Садко и одним лишь усилием мысли опустил визор на своем мотоциклетном шлеме. Однако почти сразу же поднял обратно и заговорщицки сообщил вновь посуровевшему Преображенскому и спавшей с лица Шех, стоящей с прямой, словно стрела спиной:
– Знаете, было бы очень иронично представить, что «наблюдателем» всей этой «системы» на самом деле является Лариса, а не мы. Ну, пока, – и подмигнув озадаченным физикам, он резво сорвался с места, ныряя в душные объятия летней ночи.
