Квантовый вор полностью

— И ты пришел, чтобы сказать мне об этом? Тебе понадобилось столько времени, чтобы это понять? Ты сам до этого дошел?

— По правде говоря, — говорит он, — мне помог Шерлок. — В ее глазах появляется любопытство. — Это неважно.

Пиксил усаживается рядом с Исидором, кладет меч на ступеньку и облокачивается на него.

— Я тоже много думала, — говорит она. — Я считаю, меня больше всего привлекает в тебе то, что ты раздражаешь старейшин. Это забавное зрелище. И еще то, что между нами нет никакого сцепления, никаких веревочек. Кроме того, приятно быть рядом с таким медлительным существом, как ты. — Она высовывает язык и убирает прядь волос с его лба. — Бестолковый, но милый.

Исидор резко втягивает воздух.

— Последнее было шуткой, — говорит Пиксил. — Или вроде того.

Некоторое время они молча сидят рядышком.

— Видишь, это не так уж трудно, — говорит Пиксил. — Это надо было сделать целую вечность назад. — Она поворачивается к Исидору. — Тебе грустно?

Исидор кивает.

— Немного.

Она крепко обнимает его. Броня больно впивается в грудь Исидора, но он тоже прижимает ее к себе.

— Ну ладно, — говорит она, поднимаясь и лязгая доспехами. — Мне еще предстоит убивать чудовищ. А тебе надо поймать вора, как я слышала.

— Да, похоже на то.

— Угу?

— Помнишь, ты говорила, что можешь открыть мне личность Джентльмена? Это тоже была шутка?

— Я никогда не шучу, — говорит Пиксил и взмахивает мечом. — Если дело касается любви или войны.

Исидор доходит до края Пыльного района и посылает наставнику фрагмент воспоминаний. Я знаю, кто ты, говорится в нем. А потом он садится в шезлонг в маленьком сквере у самой границы колонии, где камни превращаются в алмазы.

Он закрывает глаза и прислушивается к журчанию воды. И позволяет своим мыслям плыть по течению. Неожиданно он сам ощущает себя водой, текущей через скалу, чувствует ускользающий от него контур. Он разворачивается в его голове подобно гигантской снежинке. И вызывает злость.

Налетает порыв ветра. Он открывает глаза. Над волнами дрожащего воздуха стоит Джентльмен. Ореол из фоглетов на мгновение проявляется в брызгах фонтана. Маска блестит на солнце.

— Надеюсь, у тебя серьезное дело, — говорит она. — Я очень занята.

Исидор улыбается.

— Прошу прощения, мадемуазель Раймонда, но есть вещи, которые я должен с вами обсудить.

Серебряная маска тает, открывая веснушчатое лицо рыжеволосой женщины, объединившей их обоих в тесном гевулот-контракте.

Женщина выглядит очень усталой.

— Хорошо, — говорит она, складывая руки на груди. Ее настоящий голос звучит очень мелодично, словно звон колокольчика. — Я слушаю. Как ты…

— Я смошенничал, — говорит Исидор. — Воспользовался чужим расположением.

— Пиксил, конечно. Эта девчонка никогда не умела держать язык за зубами. Я рассчитывала на то, что гордость не позволит тебе ее расспрашивать.

— Есть вещи важнее гордости, — говорит Исидор. — Возможно, вы не так хорошо меня знаете, как вам кажется.

— Как я понимаю, мы здесь не для того, чтобы восхищаться твоей находчивостью. И видимо, не ради благодарности за сохранение твоего разума. Рада была помочь.

От ее слов веет холодом, и она не смотрит ему в глаза.

— Нет, — говорит он. — Мы должны раскрыть одну тайну. Но мне требуется ваша помощь.

— Подожди.

Она посылает ему фрагмент памяти, он принимает послание и неожиданно вспоминает едкий запах, наводящий на мысли об испортившейся пище, когда-то давно оставленной отцом в его студии.

— Что это было? — спрашивает он.

— То, что скоро получит каждый житель Ублиетта, — говорит она. — Продолжай.

— Я размышлял над словом «криптарх» с того самого момента, как вы упомянули его в первый раз, — говорит Исидор. — Они манипулируют экзопамятью, верно?

— Да. И теперь нам известно, как это происходит: у них имеется ключ, который каким-то образом позволяет добраться до каждого, кто хоть раз был Спокойным.

— И вы боретесь против них.

— Да.

— И вы стали сотрудничать с вором. С Жаном ле Фламбером. Кем бы он ни был на самом деле.

Она явно удивлена, но кивает.

— Да. Но…

— Я сам до этого дошел. И его трюк с Анру был проделан с целью получения доказательств, не так ли? Чтобы сравнить его разум до и после прохождения через процесс восстановления и выявить возможные изменения. Вы поручили ему сделать для вас грязную работу. Преступнику из чужого мира.

Раймонда прижимает сжатый кулак к губам.

— Да, да, мы это сделали. Но ты не понимаешь…

— Тогда объясните, — требует Исидор. — Потому что мне известно, что ему нужно. И я могу сделать так, что он никогда не добьется своей цели. Я могу рассказать всем о ваших делах. И доверию к наставникам придет конец.

— Доверие, — говорит она. — Сейчас вопрос стоит не о доверии. А о справедливости. Мы в состоянии победить их. Наконец появилось оружие, чтобы их одолеть. Все те беды, против которых мы боролись — гогол-пираты, чуждые технологии — это все их рук дело. И еще более страшные вещи, о которых мы даже не знаем. Каждое решение Голоса. Революционеры мечтали совсем не об этом. Мы так и остались рабами.

Она поднимается по ступеням и встает рядом с Исидором.