— Ваши бурные аплодисменты! Силин Годди! Совсем скоро на эту сцену выведут Квиста Мерлоу, ну а пока вашему вниманию представляем шоу-балет гоблинов под названием «Танцы до упаду». Молодые таланты выступят с номером «Танец Смерти»!
Пока все громко свистели и кричали, я думал, как мне освободить самого себя и при этом не повторить той ошибки, которую я пытался исправить, сдаваясь властям — не допустить зомби-апокалипсиса.
Пробираясь под ногами у тысяч зрителей, я добрался до самой сцены и чуть выглянув из-под решетки увидел сотню охранников в черных костюмах, темных очках и с наушниками в ушах. Они внимательно бдели за территорией вокруг — к сцене было не подобраться.
Я обреченно заполз обратно. Если я не хочу, чтобы все повторилось, то должен сдаться. Я же уже был в одном шаге от смерти. Просто сегодня нужно завершить начатое.
Я закрыл глаза, а через мгновение очутился в теле Хуча. В моих зубах была сосиска, любезно отданная каким-то зрителем, а место открывало отличный вид на сцену, где происходило все действие. Буду наслаждаться сосиской и умирать. По крайней мере, это лучше, чем сдыхать от рака.
— Приветствуйте мэра Грогховерполиса Ягли Саноффа! — диктор на стадионе заставил всех разразиться овациями и вслед за ними на больших экранах замелькало покрытое морщинами лицо гнома, отдавая блики от монокля в левом глазу в разные стороны.
— Я приветствую вас, жители и гости Грогховерполиса! — начал он, а ненастроенный микрофон гудел и заставлял зрителей морщиться от пронзающих свистов. — Существуют традиции, которые всегда с нами, даже спустя столько лет после заключения союза всех рас! У орков-воителей это желание умереть в бою, а не в своей кровати. Служить сильнейшим или тем, кто завладел их жизнью. У гномов это паломничество в Святые Копи, что находятся в Расколотых Горах и которые по праву заслужили называться Святыми, когда там были найдены доспехи Первого Атланта. У эльфов существуют свои традиции, а у гоблинов свои. Но есть то, что объединяет нас всех — это прилюдная казнь самых отпетых преступников. И по этой древнейшей традиции нашей страны сегодня мы с вами станем свидетелями момента, когда Квист Мерлоу встретиться со своей смертью!
Толпа захлопала, завопила, а затем принялась скандировать:
— Санофф! Санофф! Санофф!
Гоблины, гномы, люди, эльфы и орки набивали свои рты кукурузой, хот-догами, попкорном, куриными крылышками и увлеченно смотрели на сцену, где сейчас меня должны будут казнить. Никто меня не будил, поэтому я, насколько было можно, дольше желал задержаться в теле Хуча, чтобы не чувствовать, как собственная голова падает с плеч.
— Сегодня казнь будет проводить четырехкратный чемпион мира по отсечению голов орк Дррогги Грув! — мэр похлопал в ладоши, призывая повторить это действие за ним.
Орк вышел на авансцену. Включилась динамичная мелодия, под которую палач принялся выделывать разные трюки со своим исполинским орудием смерти, а яркая светомузыка добавляла эффектности его выступлению. Он выполнил несколько трюков со своей секирой и поклонился. Выступление было тепло встречено всей огромной толпой зрителей.
— Ну, а теперь я прошу вывести на сцену преступника! Человека, чуть не устроившего апокалипсис. Того, кто выдавал себя за своего брата-близнеца, убил свою бывшую жену и прорвал блокаду в зараженный район! Квиста Мерлоу!
Два охранника в черных костюмах втаскивали на сцену мое бездыханное тело. Лишь бы они не сняли мешок и не увидели, что я без сознания. Переживу свою кончину в теле Хуча. Великая Фрайа, помоги мне!
— Хотите увидеть лицо преступника? — спрашивал гном в микрофон, эхом разнося свой голос далеко за пределы стадиона.
— Да!
— Не слышу! Вы хотите увидеть лицо преступника?
— Да! — бесновалась толпа.
— Тогда поглядите в глаза того, кто знает, что сейчас умрет!
Гном вышел из-за тумбы и насколько мог медленно и интригующе пошел к моему телу, стоящему на коленях у плахи.
Ну все. Видимо мне все-таки придется пережить этот момент в своем теле… Я зажмурил глаза и резко открыл их. Мне сдернули мешок с головы.
— Аии? — промямлил я с кляпом во рту и мне тут же его убрали. — Айли? Что ты тут делаешь? Что я тут делаю?
Я находился посреди того же фургона, два орка-охранника лежали на полу, с размазанными по нему мозгами, растекшимися вперемешку с зеленой кровью.
— Всегда, пожалуйста, красавчик, — ответила темнокожая и улыбнулась.
Фургон ехал.
— А кто там, на сцене? — спросил я, пытаясь освободить руки, но они все еще были в наручниках.
— Там Джек. Пришлось пожертвовать парнем ради тебя.
— Биви? — я посмотрел на водительское сидение, там был орк.
— Привет, Квист! — он отвлекся на меня и чуть не проехал на красный свет. Пришлось резко тормозить.
— Ну… Спасибо вам…обоим, — неуверенно промямлил я. — Теперь вы освободите меня?
Я указал в сторону рук, скованных за спиной. Спрашивать о мотивах моего спасения мне хотелось в последнюю очередь.
— Не так быстро, Квист. Ты же не думаешь, что я спасла тебя по доброте душевной?
