Длинные морды и висячие уши псин, костистые лапы и бока с торчащими ребрами. Борзые… Точняк, вот как эта порода называется!
Мда-а-а, я не до конца пропил мозги, раз вспомнил аж два заумных слова про тряпку на стене и уродливых шавок. Поджарых и выносливых. Способных загнать жертву в смертельную ловушку.
Загнанный в ловушку безденежья, прозябания, вредных привычек. Чувак, который раньше мог развить недюжинную скорость. Вожак в стае борзых молодых кобелей.
Настоящее. Никаких высоких скоростей и адреналина. Ноль азарта и упоительного чувства, когда ты видишь мелькнувший вдали охотничий трофей.
Сраная старомодная картина в дорогом номере. Диван, куда завалился спать в обуви и уличной одежде. Просто блеск, мать его! Прямо выход на новый уровень. Потому что я даже разжиться подушкой и одеялом был не в состоянии. Неудивительно, что тело ломило и под утро ногу начало сводить судорогами.
Да, я вспомнил, как долго искал магнитный ключ и матерился. Как затем подпирал в небольшом коридоре стену, раздумывая: «А не вломиться ли в спальню?» Но потом я проявил что-то типа благородства и решил не тревожить Веснушку. Пьяный рыцарь хуев, гребаный вельможа голубых кровей…
Короче, пофиг на всё это. Борзый пес, который давно потерял нюх и хватку, тупо лежал на диване и жалобно скулил про себя.
Потому что пришел новый день. Потому что наша с Кук путь-дорожка лежала в проклятый Париж, который уже встал перед глазами чертовым шпилем башни-подделки.
Потому что я, кретин такой, потратил почти все оставшиеся деньги с кредитки на то, чтобы повыёбываться перед обходительным и одетым куда элегантнее меня престарелым барменом. Купил-таки кучу довольно дорогих коктейлей, которые вообще-то не привык пить.
Чувство скуки доконало меня. А Веснушка села тогда писать отчет для своей мозгоправки. Меня так и подмывало забрать у нее ноутбук, чтобы глянуть: в какой форме и о чем она докладывает мисс Бэйгл… или Бэлли, или как там ее…
Стереть письмо, если оно окажется доносом. Нарваться на скандал с Офелией Кук. Спровоцировать ее. От нечего делать и с чуть пьяной головы устроить игрище, точнее, войнушку с ней.
Но я не сделал этого. Потому что, вообще-то, читать чужие сообщения и письма – это табу. И, допив бутылочки из мини-бара, я покинул номер. Но не для того, чтобы кутить или подцепить какую-нибудь бабу. Просто слинять из гнетуще-тухлой атмосферы.
Да-да, точняк, я приперся в бар в желании изобразить из себя другого человека. Притвориться кем-то иным. Нет, даже не так… Я хотел нацепить маску. Стать на время некоей версией себя. Но, кажется, пожилой бармен не поверил ни единому моему пьяному слову. И всё же решил подыграть…
Я напиздел ему, что являюсь спортивным менеджером-скаутом. Что моя работа – колесить по стране в поисках талантливых футболистов.
Да, я прикинулся подобием этого пронырливого, лицемерного козла и всё болтал и болтал насчет успешных проектов и «портфелей» с игроками. Не людей для меня, воротилы, не пацанов, что рвут мышечные ткани ради побед, а всего лишь проекты для таких, как этот гребаный Адам Паркер.
Мутный поток мыслей прервала Офелия Кук…
Я невольно сглотнул, когда она появилась в гостиной. И вовсе не потому что мне вообще-то чертовски хотелось выпить стакан воды с похмелья…
Обтягивающая майка и короткие шорты. Пижамный комплект с принтом крылатых фей. Большая пышная грудь Офелии Кук, скрытая под тонкой тканью. Широкие бедра. И-и-и, ух, какие ж аппетитные ляжки!
Я исподлобья пялился на Веснушку, пока та с крайне гордым видом прошлепала босыми ногами к тумбе, где находился проводной телефон и листок с ресторанным меню.
Она встала ко мне спиной. Сделала это, надо сказать, весьма демонстративно. Но мне было плевать на эти ее показательные выступления. Потому что я получил возможность беззастенчиво разглядывать ее сзади.
Офелии Кук не надо было эротично изгибаться, отклячивать зад, чтобы привлечь внимание. Потому что ее попа и так очень-очень… как это бы сказать… Выразительная, вот, точняк!
Утренний секс. Да-да, я вспомнил, что люблю делать это по утрам. Что я не против бы был…
