Алина убедилась, что поступила правильно, выключив фары, когда грунтовка привела не в деревню и не в посёлок, а уткнулась в ворота какой-то промзоны. Во всяком случае, точно не жилья – несколько приземистых зданий, то ли склады, то ли гаражи, то ли мастерские. Освещение имелось, но, к счастью для Алины, столбов с фонарями было совсем немного: у ворот и по одному у каждого здания.
Так что территория просматривалась неплохо, а главное, была видна издалека.
Но особенно Алину порадовали довольно густые заросли вокруг упыриного гнезда. В которых можно было надёжно спрятать машину, что она и сделала.
Повернулась к хвостатым пассажирам, улыбнулась – и мама, и малыш крепко спали, почувствовав себя в безопасности.
Алине очень хотелось вернуть и себе такое же ощущение, уснуть рядом с самым надёжным в мире мужчиной – Димкой Королёвым для нее, Димитрисом Кралидисом для всех остальных.
И уснет, завтра, когда Димка вернется. А сейчас ей пора. Надо помочь одному странному, но почему-то небезразличному ей мужчине.
Пробираться сквозь кустарник в деловом костюме оказалось, мягко говоря, неудобно. Немного спасало, что костюм был брючным, Алина пока могла себе это позволить, живот оставался плоским, срок-то небольшой, восемь недель.
И обувь подходящая для партизанских вылазок – изящные ботиночки, хотя, собираясь в офис утром, Алина меньше всего могла предположить, что вечером окажется в цеплючих зарослях. Просто управлять машиной удобнее в такой обуви, высокий каблук мешает.
Как мешало бы и длинное пальто, которому Алина предпочла полупальто (бабуля называла такую одежду полупердик).
В общем, вид вполне боевой: полупердик, брючки, ботинки и модный рюкзачок за спиной. Ловкая пантера, атакующая кобра и хитрая рысь в одном флаконе. И сейчас этот флакон бесшумно проскользнёт сквозь коварные ветки, ни одну не задев, и выйдет к ограде промзоны такой же, как вошла в заросли.
Не сложилось у флакона. К ограде, шумно сопя, выпало что-то очень взъерошенное и растрёпанное, в темноте больше похожее на куст. Хотя нет, не на куст, а на бойца… вернее, бойцицу спецназа в маскхалате с лохмушками.
Разумеется, бодро маршировать прямиком через ворота все же не стоило, придурь должна быть лёгкой, не соскальзывающей в идиотизм.
Тем более что ограда выглядела не особо надёжной и задержать могла разве что слишком любопытное зверьё. А вот любопытную не в меру девицу вразумить неприступностью оказалась не в состоянии.
И девица, пыхтя, протиснулась в одну из дыр, замерла, осматриваясь, убедилась, что поблизости никого нет, и осторожно, стараясь не шуметь, направилась к ближайшему зданию. Выглянула из-за угла, ойкнула и с неожиданной для самой себя ловкостью юркнула в проём ближайшего окна, порадовавшись, что оно не застеклено.
А через полминуты из-за того же угла вышли два джентльмена, внешний вид и манеры которых не вызывали желания встретиться с ними вот как сейчас – поздно вечером в безлюдном месте.
– Да нет тут никого! – гавкнул джентльмен номер один. – И быть не может, если только зверьё забредет.
– Зверьё из-за угла не выглядывает, – огрызнулся джентльмен номер два, раздражённо тряся фонариком – тот никак не хотел включаться. – Мне показалось, что это была девчонка.
– Девчонка?! – заржал номер один. – Здесь? Ты что, уже нажраться успел?
– Да не пил я! – рявкнул номер два и со всей дури саданул фонариком по ладони.
Фонарик зажёгся, номер два охнул и нецензурно сообщил вселенной, что он думает о фонарях, кретинах-напарниках и жизни в целом. Не забывая при этом водить конусом света по земле, стенам здания и провалам окон.
– Ну что? – насмешливо поинтересовался номер один. – Никого нет? Ну надо же! Жаль, конечно. Девчонка хоть симпатичная была? Нам бы не помешала сейчас безотказная красотка, скуку развеять.
– Так попроси босса, пока он не уехал, шлюху нам прислать, – буркнул номер два, выключая фонарь.
– Ха-ха, очень смешно. Его сейчас лучше не трогать, злой как черт.
– Еще бы! Он так радовался, что поймал этого типа, все приготовил для съёмок кровавого документального ужастика, и вдруг такой облом – срочно в город надо вернуться.
– Кстати, не знаешь, зачем?
– Откуда? Мы же с тобой здесь их ждали, место съёмок подготавливали. – Номер два передёрнул плечами, словно от холода. – Не хотел бы я оказаться на месте этого парня. Завтрашний день для него будет жутким. И последним.
– Оскорбишь босса – окажешься. – Номер один прислушался. – О, кажется, уезжают. Бегом обратно, придурок озабоченный! Девчонки ему мерещатся.
Только когда шаги за стеной окончательно затихли, Алина рискнула пошевелиться. И едва сдержала крик боли – оказалось, что от испуга она умудрилась скукожиться в очень компактный комочек, и суставы сейчас мстительно напомнили, насколько она была неправа.
Ну что делать, жить захочешь – не так закорячишься!
