Виновником сегодняшнего переполоха, скорее всего, являлся призыватель призраков с изнанки чужого мира. Вряд ли до группы некромантов, пришедших ликвидировать прорыв, ему имелось особое дело, скорее, хотел проверить собственные силы: натравить неизвестных ранее тварей и поглядеть сколь надолго хватит стандартной пятерки, когда придется выйти из-под защиты круга и драться. А вот когда должные полечь в неравном бою некроманты все же остановили призраков-пришельцев, дело к ним у призывателя резко появилось. И, возможно, не к одному Каю, но и ко всем другим. Даже Войда могли подстеречь в каком-нибудь переулке.
— Если обстоит именно так, как я предполагаю, смертельная опасность им не грозит точно, — снова вслух принялся рассуждать Кай. — Призывателю интересно выяснить не припрятаны ли в рукавах темных магов и людей козыри, а для этого нужно, чтобы все участники недавней чистки оставались в живых и пребывали хотя бы в относительном здравии.
Интересовала в связи с этим и личность самого призывателя. Являлся ли он темным или светлым магом, насколько сильным, а может, обычным человеком? Последних тоже не стоило сбрасывать со счетов. Именно обделенные даром люди, не привыкшие полагаться на врожденные способности, до всего доходившие собственным умом, умели иной раз приятно, а часто очень неприятно удивлять якобы могущественных магов.
По-хорошему, следовало бы предупредить своих. Он уже неоднократно пытался, но…
Кай сосредоточился, снова пытаясь достучаться до темной сути за плечами, но потерпел поражение: тьма даже не шелохнулась. Должно быть, если он выйдет к какому-нибудь жилищу, его ауру смерти не ощутят не только обычные люди, но и светлые маги. По крайней мере, несколько часов. Попадаться на глаза светлым не хотелось: их Кай привык мнить если не врагами, то противниками, но, если не будет выбора… обратится и к ним. Тот же Сестрий ведь помог Лео, пусть, руководствуясь собственной неясной до конца выгодой? Так почему бы иному светлому магу не сделать одолжение представителю тайного сыска: мало ли пригодится обратиться в будущем?
Мельком шевельнулось подозрение: а если именно Сестрий и устроил ему «веселую» ночь? Но почти сразу Кай отогнал ее. Он, конечно, светлого мага терпеть не мог, но прекрасно понимал: понадобься Сестрию его выкрасть, смысла ждать столь долго не имелось никакого. Подкупил слугу, забрал младенца да скрылся. Или подождал бы лет до пяти и похитил уже ребенка. Мальчишку ведь выкрасть намного проще, чем правильно обученного и подчинившего потустороннее некроманта. В то же, будто Сестрий верил в возможность спонтанного прорыва некромантской сути и только потому не предпринимал ничего до полного овладения Каем силой, он и предположить не мог. Сказки это: из тех, какие рассказывают ночью у костров, на чердаках или в подвалах дети, пьянеющие от страха, замешанного на собственной отваге. Кай и сам пустил в народ ни одну байку, пока бегал по лужам в компании босоногой детворы. Детворы самой обычной, гордящейся тем, что в их ватаге находится самый настоящий темный маг, будущий некромант и тайный сыщик.
Отчего-то чем проще были встреченные им люди, тем большей благожелательностью они проникались к Каю и к Лео. Наверное, имперская зараза не укоренилась в королевстве только благодаря деревенским жителям и обитателям небольших городков. В больших городах всякий приблудный пес мнил себя отпрыском светлого мага со всеми вытекающими заблуждениями и ратовал за воцарение добра и света, часто не понимая того, к чему они приведут несчастное человечество.
Лео часто подначивал Сестрия утверждением:
— В конце добро обязательно победит.
И, когда тот воодушевленно соглашался, прибавлял:
— Однако, надеюсь, очень нескоро.
Вряд ли светлый понимал истинный смысл этих фраз. Он распалялся, выходил из себя, начинал говорить о несовершенстве зла, препятствующего воцарению светлого и прекрасного.
И тогда Лео договаривал:
— Воцарению абсолютно мертвого мира, в котором ничего не будет происходить, поскольку любое изменение — суть зло для того, что уже устоялось.
Его снова повело в сторону, и Кай вовремя ухватился рукой за корягу, торчавшую из размокшей грязи. Под подошвой чавкнуло. Не хватало ему еще угодить в трясину — вот номер будет, если завязнет. Сил ведь не хватит даже самого простецкого духа вызвать и отправить за помощью.
— Некромант, утонувший в болоте, — процедил Кай сквозь зубы, — это почти анекдот.
