– Вы хотите сказать, что этот таинственный капитан, собиравший команду для кругосветного путешествия, разжился подобным талисманом? – нахмурился Мелифаро. – Стоило ему открыть рот, и все, кто околачивался поблизости, не смогли устоять перед его ораторским даром? Так?
– Поехали в порт, – предложил я. – Поищем эту «Тобиндону». Чем скорее мы ее найдем, тем лучше.
Мелифаро тут же вскочил с места. Вот уж для кого промедление смерти подобно.
– Сейчас поедем, – согласился сэр Кофа. – Осталось обсудить одну маленькую деталь. Вам не пришло в голову, что этот парень и нас способен убедить в чем угодно?
– Ну не совсем же мы невменяемые, – возразил я.
– Не совсем, – кивнул Кофа. – И не совсем слепые, насколько мне известно. Тем не менее, человека, одетого в этот старый плащ, мы с вами в упор не замечаем, все трое. Почему ты думаешь, будто другой талисман из того же сундучка окажется менее убедительным?
– Да, действительно. Но у вас же теперь есть эта могущественная половая тряпка. Выходит, вас просто не заметят. И все пламенные речи этого ворюги будут адресованы нам с Мелифаро, а вы будете стоять в сторонке.
– Не настолько далеко, чтобы не слышать его, как ты выражаешься, «пламенные речи». Я не уверен, что этому парню так уж необходимо видеть всех, с кем он говорит. Главное – чтобы они его слушали.
– Так вам нужно просто заткнуть уши!
Не зря все же я в свое время раза три перечитал «Одиссею». Если уж хитроумный царь Итаки смог оградить свою команду от целого хора сладкоголосых сирен, значит, справиться с одним-единственным сладкоголосым мошенником будет проще простого.
– Молодец! – обрадовался Кофа. – Просто и эффективно. Именно так мы и поступим. Я заткну уши, а вам предоставлю счастливую возможность испытать на себе чары еще одной «простой волшебной вещи». Честно говоря, мне ужасно любопытно взглянуть со стороны, как он будет вас укатывать.
– А вы не боитесь, что он уговорит нас от вас отделаться? – Развеселился Мелифаро. – А потом мы отправимся в кругосветное путешествие. Отец будет просто счастлив, если я внесу свою лепту в семейные традиции.
– Вас он, может быть, и уговорит, да только меня вы не найдете, – напомнил Кофа. – Я же буду в плаще.
– Какая жалость! – огорчился Мелифаро. – Значит, путешествие нам не светит, вы нас из любого трюма достанете. Ладно, поехали. Времени-то в обрез.
Пока мы ехали в порт, сэр Кофа старательно мастерил себе затычки для ушей из всего, что под руку попадалось.
– Дерьмо! – подытожил он. – Как ни старайся, все равно что-то слышно.
– Нужно залепить уши воском, – посоветовал я. – Давайте заедем в какую-нибудь лавку, где торгуют свечами, только подскажите дорогу. Воск – это страшная сила.
Я упорно придерживался классических канонов: что было хорошо для Улисса, подойдет и нам.
– И откуда ты все знаешь? – удивился Мелифаро.
– Просто я очень умный, – скромно объяснил я.
– Здесь за углом есть лавка, где торгуют не только свечами, но и слитками мягкого воска, – вспомнил Кофа. – Именно то, что нам нужно.
Из лавки он вышел в самом чудесном расположении духа.
– Ну как? – осведомился Мелифаро. – Только не говорите, что этот ужасный тип хоть раз в жизни оказался прав. Это разобьет мое нежное сердце.
– Все равно я ничего не слышу, – громко сказал сэр Кофа. Он почти орал, как все глухие.
– Вот видите!
Мне было чертовски приятно, что моя начитанность в кои-то веки принесла практическую пользу.
Территория столичного речного порта до сих пор кажется мне лабиринтом, ориентироваться в котором может только местная публика. И еще парочка гениев, вроде того же сэра Кофы. Но, покидая амобилер, он закутался в старый пиратский плащ, так что о его незримом присутствии где-то поблизости я знал сугубо теоретически. Впрочем, Мелифаро тоже относился к разряду гениев: он так уверенно лавировал в пестром человеческом море, что меня зависть разбирала.
– Где, ты говорил, стоит эта грешная каруна? – на бегу осведомился он.
– В самом конце Главного Причала Правого Берега.
– Да? И чего я не спросил об этом раньше? Где была моя голова?! Мы могли припарковаться в гораздо более удобном месте. А вы, Кофа, тоже хороши. Знаете же, с кем имеете дело. Для Макса порт – он и есть порт, ему без разницы, у каких ворот вылезать из амобилера.
Мелифаро обращался куда-то в пространство, словно бы молитву возносил. Никогда в жизни я не наблюдал более идиотского диалога: Мелифаро не видел сэра Кофу, а тот его не слышал.
– Хватит ворчать, сэр Мелифаро. Здесь всего пять минут ходу. Тебе что, прогуляться лень? – откуда-то слева заорал сэр Кофа.
– Так вы все-таки что-то слышите? – огорчился я.
Ответа не последовало.
– Он просто заметил мое возмущение, – пояснил Мелифаро. – Ты и сам мог бы догадаться.
Через несколько минут мне стало казаться, что мы теперь обречены вечно блуждать среди огромных бочек, просмоленных досок и угрюмых плечистых мужчин. Мелифаро насмешливо косился на мою растерянную рожу и грациозно перепрыгивал через огромные тюки, загромождавшие проходы.
