Часа через два дорога стала настолько паршивой, что мне пришлось сбавить скорость. Сэр Кофа все еще извлекал громкие звуки из своей адской машинки. К моему удивлению, Мелифаро больше не возмущался. Напротив, вид имел самый что ни на есть умиротворенный, даже мечтательный.
– Что, тебе уже нравится музыка? – насмешливо спросил я.
Мелифаро ничего не ответил, и я подумал, что он спит с открытыми глазами.
– Он тебя не слышит, – объяснил сэр Кофа. – И вообще ничего. Заткнул уши, поскольку его примитивная душевная организация не позволяет получать наслаждение от изысканной музыки.
Я заржал. Мелифаро с любопытством на меня покосился.
– Произошло что-нибудь интересное? – очень громко спросил он.
Я отрицательно помотал головой. Мелифаро удовлетворенно кивнул и снова уставился в одну точку. Вот уж никогда бы не подумал, что этот парень способен часами сохранять не только полную неподвижность, но и гробовое молчание. При этом он выглядел столь счастливым, словно всю жизнь мечтал о подобной возможности и вот наконец-то все получилось.
Музыка неожиданно умолкла. Видимо, какое-то доброе местное божество решило подарить мне передышку. Я вознес благодарственную молитву и снова сосредоточился на дороге. Но вскоре мои ноздри вздрогнули, учуяв аппетитный аромат хорошей еды. Это было серьезное искушение. Вопреки дорожным правилам всех известных мне миров, я обернулся.
Открывшееся мне зрелище стоило риска. На коленях у Кофы стояло сложносочиненное сооружение, что-то вроде кукольного дома, только без крыши. Приглядевшись, я понял, что почти не ошибся. Это был игрушечный макет кухни, с плитами, печами, поварятами и посудой, очень реалистично исполненный, даже огонь горел, как настоящий, а от крошечных кастрюль и сковородок валил ароматный пар.
– Давай ты будешь делать что-то одно – или вести амобилер, или пялиться на меня, – проворчал Кофа. – Я, знаешь ли, не люблю попадать в аварии во время обеда.
Я послушно съехал на обочину и остановился, потому что отвести глаза от Кофиной игрушки было совершенно невозможно. Приглядевшись повнимательнее, я заметил, что крошечные фигурки поваров шевелятся. И, похоже, не просто шевелятся, а готовят еду. Наконец одна из фигурок направилась к Кофе и протянула ему блюдо, на котором лежала крошечная колбаска. Впрочем, крошечной колбаска была только с нашей точки зрения, по сравнению с приготовившими ее поварами она казалась огромной.
– Дайте же попробовать! – попросил я.
Кофа покосился на меня без особого энтузиазма, нахмурился, но все-таки отломил половину и протянул мне.
– На, попробуй. И больше не проси, не дам. Лезь в свою Щель между Мирами, или как там это называется, доставай оттуда любую гадость и ешь. А мне самому мало. Они не так уж быстро готовят. А порции, сам видишь, невелики.
– Спасибо, – промычал я, разжевывая угощение. – Ох, вкусно-то как!
– Еще бы не вкусно. Эта игрушка, можно сказать, вершина мастерства моего покойного отца. Ему понадобилось окончательно выжить из ума, чтобы напоследок изобрести такую полезную вещицу. Старик очень не хотел оставлять ее мне, но пришлось. Другими наследниками он так и не обзавелся.
Мелифаро тоже оживился, вытащил затычки из ушей и завистливо уставился на меня.
– Тебе все-таки дали попробовать? А мне за все время нашего знакомства так ничего ни разу и не досталось.
– Кофа, дайте ему кусочек, – попросил я. – А то нечестно получается. Хотите, я попробую достать для вас яблочный пирог своей бабушки? Это – самое вкусное блюдо во всех Мирах. Ну, разве что пирогу Чакката уступает.
– Не нужен мне пирог твоей бабушки. Я уже сказал, что не стану есть всякую потустороннюю гадость.
В этот момент поваренок протянул Кофе очередную колбаску. Счастливый владелец волшебной пищи немного подумал, отщипнул от нее совсем уж микроскопический кусочек и всучил его Мелифаро.
– Держи, счастливчик. Но больше ничего никому не дам, не просите.
– Можно подумать! – фыркнул Мелифаро.
Но, прожевав свою порцию, немедленно растаял.
– Спасибо, сэр, – нежно сказал он. – Ужасно мало, зато очень вкусно. А что ты там говорил насчет пирога своей бабушки, Макс? Я-то готов жрать все, что угодно. Хоть вяленые вурдалачьи уши, лишь бы вкусно было.
– Ладно, если уж все равно остановились, надо что-нибудь добыть, – согласился я. – Нюхать все эти ароматы на голодный желудок… Я, конечно, с самого начала знал, что в этой поездке придется проявить мужество, но не до такой же степени.
– Ни в коем случае! – подтвердил Мелифаро.
Я спрятал руку под сиденьем и сконцентрировался на воспоминаниях о бабушкином пироге. Однако мастерства мне пока не хватало. Через несколько минут я все-таки стал счастливым обладателем большого яблочного пирога, но не бабушкиного, а какого-то другого. Он оказался не так уж плох, но с любимым лакомством моего детства его и сравнивать было грешно.
– Извини, не получилось, – виновато сказал я. – Это другой пирог. Не самый удачный.
Я чувствовал ответственность за репутацию яблочных пирогов в глазах сэра Мелифаро и очень волновался.
– Все равно вкусно, – успокоил он меня. – Ну или это я такой голодный.
