— Замечательно! — кивнула леди Магда. — Идемте, пообедаем. А потом вы, пожалуй, отправитесь в Краун, а я к себе домой. Нас наверняка заждались.
Сэр Роберт согласился. Три дня отдыха и ему были бы куда как кстати — от всех волнений и сборов он порядком устал.
Дорога до отчего дома показалась легкой и достаточно быстрой. Но вот в замке Краун Роберта ждал сюрприз. Как только он спешился, привязал коня и направился к воротам, навстречу вышел Эрик.
— Боже, какая неожиданность! — язвительно ухмыльнулся старший брат. — Ты все-таки вылез из своего болота?
— Я тоже рад тебя видеть, Роберт, — спокойно ответил младший. — Как поживаешь?
— Да уж получше некоторых! Кстати, у меня к тебе дело. Как ты посмотришь на то, чтобы навестить Хайрок?
— Плохо, — сказал Эрик. — И тебе не советую.
— Не понимаю, — пожал плечами Роберт. — Ты был там. Разведал все. Читал книги, знаешь про вампиров многое. Можешь помочь — и не хочешь.
— Хочу, но не так. Атака в лоб бесполезна. Ты потеряешь много людей, а успех будет весьма сомнительным.
— Про атаку никто и не говорит. Но когда-нибудь схватка с Нортропом будет неизбежна.
— Не для меня, — покачал головой Эрик. — Я не смогу справиться с этим чудовищем.
— Скажи, брат… Только правду. Ты любишь Дженни?
— Да, в каком-то смысле. Но не так, как мужчина любит женщину, поверь. Но люблю. И именно потому, что она мне небезразлична, я хотел бы отговорить тебя от слишком решительных действий. Но, зная тебя, боюсь, что это будут пустые слова. Поэтому я помогу тебе кое-чем другим.
Эрик снял с плеча свою походную сумку и достал оттуда мешочек, перевязанный ленточкой. Проверил содержимое и отдал брату. Роберт недоуменно воззрился на странный подарок и спросил:
— Что это такое?
— Это защитит тебя от вампира, если ты все же решишься на бой. Проткни его этим кинжалом, и он потеряет часть своей скорости и силы. Брось в него этот шарик, и он упадет, словно подбитый стрелой. Обсыпь его этим порошком, и он потеряет сознание на несколько минут. А если он все же укусит тебя, то промой рану этой водой, и яд вампира не причинит тебе вреда.
— Ого, вот это да, — выражение лица Роберта сменилось с презрительного на уважительное. — Эрик, ты… Извини меня, пожалуйста. Я иногда бываю груб и резок, но… Ты — мой брат, и я все равно люблю тебя.
Вместо ответа Эрик похлопал Роберта по плечу и сказал:
— Я уезжаю. Удачи тебе, и да хранит тебя Господь!
Старший брат не сразу вошел в дом. Он еще долго смотрел, как оседает пыль, поднятая копытами коня Эрика. Что-то остро кольнуло его в сердце, какая-то непонятная грусть наполнила душу. Захотелось вбежать в дом, как в детстве, обнять матушку, потом тайком съесть припасенных с утра зеленых яблок, от которых сводит челюсть. Куда ушло все это, куда пропало? Где он успел растерять то, что так легко можно было сохранить? Вот Эрик остался верен идеалам чести и благородства. Он улыбается каждому дню, даже если дела плохи. «А чем хорош я?» — подумал Роберт и вздохнул. Впрочем, теперь шансы на возрождение своего доброго имени у Роберта неизмеримо возросли. Он сжал в руке мешочек и посмотрел на него. Ключ к победе.
Большая тяжелая дверь заскрипела, и на пороге появился герцог.
— Роберт, сын мой! Какая радость!
— Простите меня, отец.
— Будет тебе, — улыбнулся сэр Уильям и потрепал сына по голове. — Пойдем, выпьем, поговорим. Ты видел Эрика?
— Да. Он уже уехал. Подарил мне амулет против вампира, — сказал Роберт, показывая отцу мешочек.
— Он славный парень, и очень любит тебя, — вздохнул герцог. — Но пойдем же!
— А зачем он приезжал?
— Да можно сказать, по пустякам. По делам своего поместья, — сказал сэр Уильям, надеясь, что его лицо не выдаст сказанной лжи.
Глава XL. Колыбельная для Элли
Дорога, снова дорога. Последнее время Эрик провел в пути больше времени, чем за всю предыдущую жизнь. Но только бы все получилось, только бы не сделать неверного шага. Как опасен враг, как коварен! И цена ошибки — снова людские судьбы, жизни, история родов. Нет, нельзя допустить промаха. Но для этого нужно быть уверенным в каждой мысли, в каждом движении.
Конь устало остановился на берегу озера Райн. Подошел Мельстром, помотал гривой и заржал. Открылась калитка и на порог вышла Элли.
— Эрик, милый, я так ужасно себя чувствую, — тихо сказала она. — Словно тысячи голосов галдят где-то рядом, пытаясь достучаться до моих мыслей.
— Прости, любимая, — ответил юноша, обнимая ее. — Тебе нужно поспать. Я задержался, да?
— Ничего, — покачала головой волшебница. — Просто вот-вот произойдет что-то ужасное. Я чувствую это, ощущаю кожей. Зло набрало силу и готово действовать.
— Я знаю. Но мы сможем противостоять ему. Надеюсь, сэр Ричард тоже.
— Ты отдал Роберту амулеты?
— Да, как ты просила. Думаешь, он решится на битву?
— Уверена, что да. Теперь, когда я знаю правду, сомнений нет — бой будет. И куда более жестокий, чем в первый раз.
Элли почти без сил повисла на плече Эрика. Он бережно взял ее на руки и отнес в спаленку, что на втором этаже, под самой крышей. Нежно раздел, укрыл одеялом и начал тихо напевать колыбельную.