Тимура пришлось приводить в чувство Надежде. Хотя в состоянии легкого сотрясения мозга, он запросто мог проиграть бой, поэтому Надежда решила для него попросить отсрочку, но получила отказ. Сегодня все должно решиться, Эдван не желал растягивать все это на долгое время. Ему самому не нравился факт, что они должны принимать решение в полевых условиях и проверять всех чужаков. Но законы свободных ландскнехтов вообще предполагали бои на острых клинках гуннов, которые имелись в наличии, но использовались очень редко в прямом назначении.
Скорхей изъявил желание присутствовать на всех боях, равно как и сам Хасан, которому все так же нужны были перерывы и отдых, после отравления. Скорхей заверил Эдвана, что после боя и разговоров, он сообщит ему кому стоит доверять, а кого можно будет выставить на передовую, если начнется бой с ландскнехтами. Хасан же беспокоился о том, чтобы сообщить соплеменникам-йеррам, что с ним все хорошо. Вождь бунгов, обещал помочь ему в этом, но только после состязания.
- Какого хрена они от нас хотят? – злился Сергей. – Я думал, что ты знаешь, что делаешь, кэп? А ты привела нас на гладиаторскую арену. Для чего?
- Мне вот тоже интересно, – поддержала Надежда опасения Сергея. – Ты заранее знала, что так будет? Или все это твои личные игры, в которые ты нас впутываешь?
- Успокойтесь все, – спокойно ответила Салливан. – Поставьте себя на их место, вы бы с порога стали чужакам доверять и не хотели бы их в деле проверить, нет? Все справедливо. Вам просто нужно устоять против ландскнехта, некоторые из которых никудышные вояки, только одно бахвальство. Так что, перестаньте ныть уже и покажите, что лунную гвардию деревянными мечами не напугать!
Это были правильные слова, но каждый из состава экспедиции понял их по-своему.
Перед самым состязанием, которое открывал по традиции капитан чужеземцев, в палатку, где Агнесс готовилась к бою, зашла Лиза.
Какое-то время они молча смотрели друг на друга, пытаясь понять кто перед ними, затем Лиза сказала:
- Думала, мне померещилось. Какого черта ты здесь забыла, Агнесс? Тебе на Луне что ли плохо живется!
Салливан перевела взгляд на короткий дубовый меч-гладус, кои она видела только в лунном музеи истории. Вряд ли таким мечом можно кого-то убить, но синяков будет немерено.
- Ты не знаешь, как сейчас живется на Луне, так что лучше молчи, – ответила Салливан, вкладывая меч в руку и пытаясь к нему привыкнуть. – И совершенно не твое дело, что здесь делаю я. Давай не будет начинать.
Но Лиза подошла и заставила Агнесс повернуться к ней лицом, вглядываясь в спокойные глаза.
- Не забывай, что ты говоришь с ландскнехтом ныне, – напомнила Лиз, пытаясь разгадать намерения своей бывшей подруги. – Если ты принесла беду, то лучше не выходи на состязание.
Лиз вцепилась в запястье руки Агнесс, которая сжимала меч. Когда-то такая их близость привела к печальным последствиям, которые потом аукнулись только Салливан. Но здесь и сейчас, все могло быть по-другому.
- Оставь меня! – вырвала руку Агнесс. – Мы не дети уже, иди куда шла. Дай мне выполнять мою работу.
- Погибнуть от руки ландскнехта – это не работа, а глупость. Это Марк тебя сюда сослал?
Агнесс не желала отвечать на подобный допрос. Что, в конце концов, Лиз знала о том, какого ей пришлось за последние двенадцать лет? Она ничего не знала об этом. И сейчас у них не было времени это обсуждать.
- Пора начинать! – зашел в палатку хромой ландскнехт, чтобы сопроводить Агнесс на место боя.
Полуденное солнце пекло уже не настолько сильно, долгожданная прохлада обещала быть спутником боя Агнесс с ландскнехтом по имени Айрис. Это был высокий, но щуплый мужчина. Еще очень молодой, возможно чуть моложе самой Агнесс. Айрис не испытывал какой-то неприязни к сопернице, как это часто бывало в состязаниях различных групп на Луне. Он был спокоен и величав, это и заставило Салливан нервничать.
- Итак, – произнес тем временем Йонас, обладатель ораторских способностей. – Правила состязания зачитываю один раз. Слушать внимательно! Выигрывает тот, что остается стоять на ногах дольше своего соперника. При этом за гипотетический круг, очерченный белым песком, выходить нельзя. Кто вышел, тот и проиграл. Прощается лишь одна попытка такого выхода из круга, далее вышедший считается проигравшим. Разрешается наносить любые удары, под исключения подпадают только тычки клинком в глаза и уши, а так же запрещенный прием в низ живота.
Первый же выпад Агнесс цели не достиг, Айрис ловко отклонился от свистящего перед его носом мечом, зато его тычок больно приложился по ребрам, заставляя сжать зубы и оружие в руке.
