Люди стали поворачиваться к парню. Он дышал тяжело, словно долго бежал. Все молчали.
— В самом деле, это надо видеть, — повторил он, на этот раз уже как бы оправдываясь.
Люди продолжали молча глядеть на него, кто-то шаркнул ногой, но уходить из очереди никто не хотел. Несколько человек из тех, что еще не встали в очередь, бросили свои тележки и прошли мимо неработающих касс посмотреть, о чем идет речь. Очередь снова продвинулась вперед. Люди вытягивали шеи, стараясь разглядеть туман, о котором говорил вбежавший в магазин парень, но через окно было видно лишь чистое голубое небо. Кто-то сказал, что парнишка, наверное, пошутил. Кто-то ответил, что меньше часа назад видел полосу необычного тумана на озере. Пожарная сирена продолжала надсадно завывать. Все это мне очень не нравилось. Слишком сильно отдавало крупной катастрофой.
Еще несколько человек вышли на улицу. Некоторые даже оставили место в очереди, отчего она продвинулась чуть дальше. Затем старый седой Джон Ли Фровин, механик с заправочной станции "Техаско", заглянул в магазин и крикнул:
— Эй! У кого-нибудь есть фотоаппарат?
Он оглядел зал и выскочил обратно на улицу. Тут уже все зашевелились: если уж зрелище стоит того, чтобы фотографировать, то хотя бы посмотреть его надо обязательно.
Неожиданно своим ржавым, но сильным старческим голосом закричала миссис Кармоди:
— Не ходите туда!
Люди стали оборачиваться к ней. Стройная очередь распалась: кто-то отправился посмотреть на туман, кто-то просто отошел, разыскивая своих друзей. Привлекательная молодая женщина в красной блузке и темно-зеленых брюках задумчиво-оценивающе смотрела на миссис Кармоди. Кассирша рядом с Бадом Брауном обернулась, но тот постучал ее по плечу своим длинным пальцем:
— Не отвлекайся, Салли.
Снова закричала миссис Кармоди:
— Не ходите туда! Там смерть! Я чувствую, что там смерть!
Бад и Олли, хорошо знавшие ее, лишь раздраженно поморщились, но приезжие, даже стоявшие в очереди, тут же отошли от нее подальше. Видимо, к этим крикливым старухам в больших городах относятся так же. Словно они — переносчицы какой-то заразной болезни. Впрочем, кто знает, может быть, так оно и есть?
Тут через входную дверь ввалился мужчина с разбитым носом.
— Там что-то есть в тумане! — закричал он. Билли прижался ко мне, испугавшись то ли этого человека с окровавленным лицом, то ли того, что тот говорил.
— Там в тумане что-то есть! — продолжал кричать мужчина. — Что-то из тумана схватило Джона Ли! Что-то… — Покачнувшись, он наткнулся спиной на витрину с подкормкой для газонов и опустился рядом с ней на пол. — Что-то из тумана схватило Джона Ли, и я слышал, как он кричал!
Ситуация переменилась. Волнение, вызванное бурей, подкрепленное потом полицейскими и пожарными сиренами, растерянность, которую средний американец всегда испытывает при нарушении электроснабжения, атмосфера нарастающей напряженности — все это вдруг заставило людей зашевелиться.
Нет, люди не побежали. Сказав так, я создал бы у вас неверное впечатление. Паники не было. Никто не бежал, по крайней мере, большинство людей не бежало. Они просто пошли. Одни пробирались к большой витрине у конца кассового ряда, другие направились прямо к дверям, причем некоторые — с неоплаченными покупками. Бад Браун тут же закричал требовательным голосом:
— Эй! Вы не заплатили! Эй, вы! Ну-ка, вернитесь! Немедленно верните пирожки с сосисками!
Кто-то рассмеялся над ним, и от этого безумно неестественного хохота остальные люди заулыбались. Но даже улыбаясь, все они выглядели испуганными, неуверенными и неспокойными. Потом засмеялся кто-то еще, и Браун побагровел. Он выхватил коробку с грибами у дамы, которая пыталась протиснуться мимо него к окну, облепленному людьми.
— Отдайте мои грибочки, — завизжала дама, и это неуместно уменьшительное "грибочки" вызвало истерический хохот у двоих мужчин, стоявших рядом.
Происходящее чем-то уже стало напоминать сумасшедший дом. Миссис Кармоди продолжала трубить, чтобы мы не выходили на улицу. Не переставая, завывала пожарная сирена, словно старая карга, заставшая у себя дома вора. Билли заплакал.
— Папа, а чего этот человек в крови? Почему?
— Все в порядке, Большой Билл. Он просто расшиб себе нос. Не волнуйся.
— Что он имел в виду, этот человек? Про что-то в тумане? — спросил Нортон, усиленно хмурясь, что, видимо, заменяло ему замешательство.
— Папа, я боюсь, — сквозь слезы выдавил Билли. — Пожалуйста, давай поедем домой.
Кто-то пробежал мимо, грубо меня толкнув, и я взял Билли на руки. Я тоже испугался. А смятение нарастало. Салли, кассирша, работавшая рядом с Бадом Брауном, попыталась встать, и он вцепился в воротник ее красного халата. Ткань лопнула, и кассирша, отмахиваясь от него руками, вырвалась, закричав:
— Убери свои поганые лапы!
— Заткнись, — рявкнул Браун, но по его голосу чувствовалось, что он в полной растерянности. Он снова потянулся за ней, но его остановил Олли Викс:
— Бад! Остынь!
