Через год он умер. Как нам рассказывали, чуть ли не в туалете. Получил инфаркт и не вышел из туалета.
- Я слышал, что в Западном Берлине он пытался организовать "Рашен шоу". Но стал метрдотелем в ресторане "Баян".
- Да-а? Я не знал этого. Для его жены Гали я потом давал свидетельское показание для получения пенсии Рознера, на которую она претендовала как вдова.
- Ну а как ваши дела с Вайрихом?
- В мае Вайрих наконец-то обрадовал нас: "Гамбург дает зеленый свет. Начинаем работу над большой пластинкой". Это было уже кое-что. "Вот видишь, Лара,- говорю я,- в России за десять лет мы так и не выпустили "гигант", а здесь добились этого всего за год..."
Мало кто помнит, даже из ярых поклонников эстрады, что весной 1974 года на конкурсе Евровидения гран-при завоевала с песней "Ватерлоо" шведская группа "АББА". Собственно, тогда и началась ее популярность, до того об "АББА", особенно у нас, никто и понятия не имел. И уж совсем, думаю, никому неизвестно, что шведская группа выступала под эгидой "Полидора". На раскрутку "АББА" фирма бросила крупные силы. Риск оправдался. Но при этом "Полидор" - честь и хвала ему! - не упустил из своего поля зрения и Мондрус. Доверить еще толком неизвестной певице, начинающей в Германии заново свою карьеру, запись "гиганта" - это, согласимся, аванс большого доверия.
Могла возникнуть серьезная проблема с репертуаром, но этого, слава богу, не случилось. Вайрих предложил сразу несколько текстов, которым нужна была музыка.
Ремарка в сторону. Илья Резник, я слышал, считает себя большим поэтом и очень обижается, когда его называют "текстовиком". На Западе же, на который так любят оглядываться наши нынешние песенники, ничего зазорного в кличке "текстовик" никто не видит. А если соавтор, кроме этого, пишет еще и стихи, то и вовсе прекрасно. Только стихи сейчас и там и здесь мало кто читает.
Однажды Вайрих показал Шварцу листок с новым текстом.
- У меня тут такой каламбурчик получился, даже не пойму, хорошо это или плохо. Послушай:
Ейдер нетте летте
Хетте герне айне нетте
Леттин цюр фрау...
(В переводе звучит так: "Каждый порядочный латыш хотел бы с удовольствием взять в жены симпатичную латышку..." - Авт.)
Шварц оценил и фонетику "скороговорного" текста, и заводной ритм, и, главное, содержание - историю, способную вызвать у балтийских немцев ностальгию по прошлому.
- Оригинальная штучка!
- Если тебе нравится, не хочешь ли ты написать к этим стихам музыку?
Шварц никогда бы не осмелился предложить свои услуги: у продуцента, да еще такого, как Вайрих, всегда имелись на подхвате первоклассные композиторы. Аранжировку сварганить еще куда ни шло, но сочинять музыку... Этого, он считал, еще не заслужил. Одно дело писать "под Запад" в Союзе и совершенно другое - поймать "органику" другой культуры, придумать мелодию, которую хотя бы немцы считали "своей". Но за работу он взялся, не раздумывая.
Автором большинства других песен стал известный в Германии композитор Ганс Блюм. Самым красивым его шлягером на пластинке, по моему мнению, стала песня о девушке, потерявшей вместе с прежней родиной свои любимые цветы, и теперь на чужой земле она начинает новую жизнь и мечтает посадить дикий виноград и дикие розы - "Вильдер вайн унд вильде розен".
Обретет популярность в исполнении Мондрус и другая записанная на диске вещь - "Ин дойнен армен" ("В твоих объятиях").
Аранжировщиком произведений выступил музыкант югославского происхождения Борис Йоич, работавший до того с Удо Юргенсом (наверное, единственный в 60-х годах западногерманский певец, которого знали в СССР; он записал тогда "Май шери" и стал победителем Евровидения). Вероятно, в целях "ненавязчивой" пропаганды в дни работы Мондрус над альбомом по всем каналам крутили "Грикише вайн" ("Греческое вино") в исполнении Юргенса и аранжировке Бориса Йоича.
Символично, что из двенадцати произведений, попавших на первый "гигант" Мондрус, особая роль выпала именно "Йедер нетте летте" - песне, написанной Шварцем в форме любимого немцами лендлера ("деревенского вальса"). Именно с этого шлягера началась популярность Мондрус и в самой Германии, и далеко за ее пределами (кроме, разумеется, стран соцлагеря). Впрочем, фамилия певицы была "Полидором" навечно забыта. Альбом вышел под названием "Ларисса".
Очередной промоушн "Полидор" вел с завидным размахом. Концертные поездки Мондрус и презентации пластинки во всех крупных городах, широкая реклама в печати. В качестве фотографа на этот раз был приглашен Гвидо Мангольд (известный в мире своими снимками обнаженной натуры для "Плейбоя"). Для пластиночного конверта Ларису в голубом платье засняли на фоне зеленого поля с красными маками. Отпечатали огромное количество автограмных карточек. В прессе появились биографические материалы о Мондрус. "Ларисса у нас! Выдающийся голос с Востока!" - пестрели заголовки газет и журналов. "Россия, прощай! Наконец-то я могу петь то, что хочу!.."
Вся Германия узнала непростую историю бывшей советской певицы.