ЛАРИСА. Штраф мы платить не хотели. Я сразу начала понтить: "Руссо эмигранте... Но меньте лирос... но парла итальяна..." Притворилась дурочкой. Но они не реагируют. Тогда говорю: "Ла руссо кантаре, кантаре..." Они улыбнулись. Ага, соображаю, что-то их задело. И запела: "Ион пенсаре а ме..." Они рты пооткрывали. Русская певица, говорить не умеет, а поет на их языке. Итальянцы - народ очень теплый. Просят: "Еще песенку спой". Я пошла гнать репертуар. Там сбежалось столько карабинеров - не хватало только накрытого стола, была бы маленькая малина. В итоге я "отмазалась", чего в Германии у меня бы никогда не получилось. Тут полицейские строгие.
ЭГИЛ. Из Триеста мы направились в Югославию, по побережью Истрии, высматривая место для отдыха. Добрались до Врсара, но там подходящих комнат не нашли, попадались либо старые, либо сырые. Апартаменты же дорогие. Двинулись дальше. Не проехали и пяти километров, как попали на какую-то территорию с забором: домики, бунгало, а дальше необозримый палаточный городок, сотни машин с кемпинг-вагонами...
ЛАРИСА. Я говорю: "Эгил, ты куда меня завез?" Смотрю - навстречу голые мужики идут с кошелками, пакетами, такие пузища - по две-три складки, и этот инструмент болтается у каждого до колен. Зрелище то еще. И в "Ресепшн" такие же голые ходят, все, кроме обслуживающего персонала. Выяснилось, что мы попали в самое знаменитое местечко в Югославии Коварсаду, где проводят свой отдых нудисты. Подозреваю, что Эгил знал, куда мы едем. Ну мы с ним в Эстонии видели в дюнах нечто похожее, но не в таком количестве, сами загорали голые. Самое трудное - перешагнуть этот порог. Но если ты отказался от условностей, сразу становится легче. Они там, на этой Коверсаде, все без комплексов. И без эротики. Им, по-моему, все равно было, поскольку красивых людей я на берегу не видела.
Мы сняли бунгало. Кругом сосны, маленькие приватные ресторанчики, мясо на угольях, подведена проточная вода, все удобства. Чистый песчаный пляж. Я быстро привыкла к костюму Евы.
ЭГИЛ. И это был наш протест против собственной пуританской лжеморали. Очень важный нюанс - полная анонимность. Ты никого не знаешь, и тебя никто не знает. Купальники, плавки кажутся ненужными излишествами. Конечно, разные ситуации бывали. Муж с женой заходят в ресторан, и она ему: "Ты куда смотришь?" А там все в чем мать родила. Я однажды иду один с мороженым, глаз не на ком остановить, вдруг вдали замечаю женщину с приятной фигурой. Как-то воодушевился: даже тут есть красотки. Подхожу ближе, а это моя Лара...
От автора. Какие странные многозначительные совпадения происходят иногда в нашей жизни. Ведь в том же 74-м году, почти в то же время я провел три дня (турпоездка Венгрия - СФРЮ) в Опатии, небольшом курортном местечке на Истрийском полуострове; только Коверсада находится на западном побережье, а Опатия - на восточном, и расстояние между ними, судя по карте, не более пятидесяти километров. В принципе, если бы я знал, что и где, то мог взять такси и, потратив заначенные доллары, встретиться с Ларисой и даже увидеть ее на пляже - опасное клише! - голой. Это теоретически. А практически я понятия не имел ни о какой Коверсаде, ни о нудистах, ни о близости к Мондрус. Мы отдыхали скромно, по-советски, ходили по магазинам "пятерками", загорали на камнях, чуть не на единственном ничейном пляже. Так что гипотетическая встреча с Мондрус вышла бы мне боком.
ЛАРИСА. Три недели пролетели быстро. В сентябре мне предстояла поездка с Вайрихом по радиостанциям и телередакциям, рекламные встречи с прессой. Когда мы вернулись домой и я открыла почтовый ящик, оттуда вывалилась целая куча писем от моих новых поклонников. Это в Германии-то, где я появилась на телеэкране пока только с "Йедер нетте летте". В России я столько писем не получала. Ну стояли у меня под окнами на Преображенке девушки. Писали иногда письма, открытки, поздравляли... Но чтобы такой вал сразу... В нескольких конвертах содержались предложения организовать "Клуб поклонников Лариссы". Мы доверили это право одной из девушек, по имени Дорис, чье письмо меня особенно тронуло. Посылали ей всякую информацию обо мне, фотографии... А она держала в курсе моих поклонниц по всей Германии. Это очень важный момент, потому что они писали заявки на ТВ и радиостанции: хотим слышать Лариссу! Сейчас Дорис уже дама солидного возраста. Мы ее, правда, никогда не видели, она живет в городе Эутин, но изредка пишет нам, потому что у нее остались какие-то теплые воспоминания о молодости.
Осенью Хельга Адлер предложила Мондрус выступить наконец в престижном телевизионном "Ребров-шоу", названном так по имени колоритного ведущего этой программы.