Вышли на улицу. В будке я взял телефонный справочник, нашел "Байрише рундфунк" ("Баварское радио") и набрался смелости позвонить. Кое-как объяснил, что мне нужна редакция эстрадных передач. Представляясь, я не упомянул, что мы бездомные эмигранты, а так, мол, композитор и певица, приехали из Москвы. Чтобы у них возникла мысль: может, делегация какая? Вообще тяжело было объяснять, когда не знаешь языка, особенно по телефону. Меня все-таки поняли, соединили с шефом. И в результате нам назначили встречу. На следующий день нас принял солидный симпатичный господин, выслушал внимательно, посмотрел пластинки, записи и... обещал помочь.
ЛАРИСА. Это удивительно. В Европе - я поняла это еще в Италии - куда ни придешь, никто тебя никогда не выгонит. Наоборот, на тебе сразу же фиксируется внимание: "Мы подумаем, мы посмотрим, что вам можно посоветовать". Эгил заранее предупреждал меня: "Не найдем серьезной работы, споешь пару песен в кабаке - и деньги на еду будут". Тут же получалось так, что мы все время попадали на серьезных людей - на радио, на какие-то официальные инстанции, откуда мог открыться путь наверх.
ЭГИЛ. Я сразу уловил, что этот редактор нами всерьез заинтересовался. Он дал нам адреса и телефоны двух известных продуцентов, которые могли пригодиться для дальнейшей карьеры Ларисы,- Ганса Губера и Петера Томаса. До Губера я дозвонился сразу же. Он и его жена, поэтесса, в конце 60-х очень успешно продуцировали на германском рынке американскую певицу Кони Френсис.
Губер послушал Ларису и был удовлетворен: "Да, она впечатляет. Не будем откладывать в долгий ящик. Сделаем "демо" (т. е. пробную запись) и тогда посмотрим, что предпринять дальше. Был приглашен композитор-аранжировщик Руди Бауэр, работавший ранее в таком псевдо-русско-эстрадном жанре. Одно время он писал песни для популярной в середине 60-х годов певицы Александры.
АВТОР. Она, кажется, погибла в автокатастрофе?
ЭГИЛ. Да, в 1969 году. Кстати, в ее репертуаре была и "Синяя весна", которую она услышала где-то в исполнении Мондрус.
У Руди Бауэра уже имелись новые интересные заготовки.
ЛАРИСА. Я записала в студии несколько его песен: "Иммер видер вирд эс таг" ("И всегда будет день"), "Ду бист даст циль" ("Ты - моя мечта"), что-то еще. На чистейшем немецком языке. Они там просто пришли в восторг. Получились такие немецкие шлягеры с немножко славянским оттенком.
ЭГИЛ. Губер предложил нам выбор, поскольку пластинку Ларисы изъявили желание выпустить и "Полидор", и фирма Ральфа Зигеля.
АВТОР. Кто такой Зигель?
ЭГИЛ. В те годы молодой талантливый композитор и продуцент. Он имел небольшую, но перспективную фирму. Но мы остановили свой выбор на "Полидоре" - все-таки известная марка, солидное предприятие. По счастливому стечению обстоятельств, воспринятому нами как знак свыше, договор с "Полидором" Лариса подписала 15 ноября, как раз в свой день рождения. Это был первый контракт Мондрус на Западе, гарантировавший ей творческое сотрудничество в течение четырех лет.
АВТОР. Я полагаю, что на этом счастливейшем моменте ее жизни можно сегодня и остановиться.
ЛАРИСА (с облегчением). Наконец-то! Я думала, вы никогда не кончите.
Часы показывали начало восьмого. По-московски это начало десятого. Однако!..
Глава 2
"ТОСКА ПО РАЮ"
Едем в Фюссен.- Нойесшванштайн.- "Новый лебединый утес".- Мост Вагнера.- "Выключите, пожалуйста, ваши мобильники".- Жизнь "сказочного короля" Людвига II.
Мы мчимся по автобану в Фюссен. Лариса, в темных очках, ведет машину, я сижу рядом, на заднем сиденье - Эгил и Лорен. От вчерашнего дождя не осталось и следа, только рваные легкие облачка на голубом небе. Приветливое солнышко то и дело как бы подмигивает нам: "отдыхать - не работать".
Впрочем, "Лариса ведет машину" сильно сказано, она просто держит руль, ибо дорога уходит в даль прямая как стрела.
Кто-то обгонял нас, кого-то обгоняли мы. Я высматривал по сторонам Баварские Альпы, но горизонт был ровен и чист.
- А где же горы?
- Через полчаса увидишь,- промолвил Эгил.- А пока обрати внимание на этот фургончик.
Мы догоняли легковушку с необычным по габаритам желтым прицепом-домиком.
- Да, вижу. Почему-то без окон. Чудной какой-то.
- Лошадок везут. Для конных прогулок на лоне природы.
- Интересно.
Равнинный пейзаж не менялся, и если бы не стремительно уходивший под колеса пунктир дорожной разметки, могло показаться, что наш "БМВ" стоит на месте.
Я глянул на спидометр: сто десять. Лариса уловила мои мысли:
- Нормальная скорость здесь сто шестьдесят - сто восемьдесят. Но я больше ста двадцати не езжу.
- А какие-то ограничения по скорости здесь есть?
- Есть,- ответил Эгил,- но, кроме Ларисы, их никто не соблюдает.
- А полиция?
- Бывает, что с радаром караулит где-нибудь.
- Почти как у нас.
- О таких "засадах" предупреждают радиостанции,- вмешался в разговор Лорен.
- Да, вот у нас сын сдает сейчас на права, он лучше знает.
- Что за радиостанции?