Ласковый голос смерти полностью

По утрам меня заставляли встать и одеться, а потом сажали в кресло. Каждый раз, когда я закрывала глаза, кто-то приходил и будил меня.

Вечером, когда они уходили и я могла лечь спать, в коридорах слышались разговоры, крики, приближающиеся и удаляющиеся шаги.

Возможно, они хотели, чтобы я постоянно пребывала в полусознательном состоянии.

Они хотели, чтобы я с ними поговорила, но я не могла. У меня не осталось слов. У меня не было на них ни времени, ни терпения. Мне хотелось лишь спать и чтобы меня никто не трогал.

С Жюстин мы встретились в самом прозаическом месте — на интернет-сайте знакомств. После смерти Элеанор, когда я оставил идею об отношениях, все стало намного проще. Зачем, собственно, они были мне нужны? На самом деле мне хотелось всего лишь секса с женщиной, желательно красивой, которая делала бы все, что я от нее требовал бы, и не ожидала чего-то большего. Добившись лишь малого успеха с Элеанор, я снова засел за книги, совершенствуя свою методику, которая обязательно должна была сработать. А если и нет, знакомство через Интернет облегчило бы последующий разрыв, доставив минимум неудобств.

Чтобы найти подходящую девушку, много времени мне не потребовалось. Я создал фиктивный профиль, представившись как Марк Бакстер, компьютерный консультант, холостяк, а затем потратил целый вечер, разыскивая среди сотен женских профилей тот, который хоть как-то мне бы подошел, и едва не сдался. На следующий вечер я попытался снова и на этот раз обратил внимание на Жюстин — незамужнюю, без детей, жившую на севере Лондона. Она писала, что ищет «развлечений без обязательств», и перечисляла множество банальных характеристик, которыми я не обладал и которых в полной мере не понимал. Что такое, черт побери, «хорошее чувство юмора»? Что значит «родственная душа»? Фотография изображала женщину лет тридцати с каштановыми волосами до плеч и улыбкой, являвшей ровные белые зубы. Взгляд ее был устремлен куда-то влево, за пределы фотографии. Возможно, особенно меня привлекло именно то, что она не смотрела прямо мне в глаза.

Я послал ей сообщение, и через несколько минут она ответила. Около получаса мы переписывались на сайте, а потом она попросила адрес моей электронной почты, чтобы переслать картинку. Этого я не ожидал. Сообщив, что у меня звонит телефон и я отлучусь ненадолго, я завел почтовый ящик на «Хотмейле» на имя Марка Бакстера.

Несколько минут спустя я вернулся к переписке, и все это время она меня ждала. Я сообщил ей адрес и написал, что дрожу от нетерпения.

Надеюсь, вам понравится, — ответила она.

Когда пришло письмо, я ожидал увидеть фотографию котят, или какое-нибудь чудовищное художество, или еще что-нибудь, но это оказалась сама Жюстин в голубом бикини — она сидела на камнях посреди желтого песка, а справа пенились волны. Я смотрел на ее загорелый живот, небольшую жировую складку над трусиками. Ветер вздымал ее волосы, намокшие внизу и свисавшие слипшимися прядями.

Я не ответил. Разговор ушел не в ту сторону, а я понятия не имел, как перейти к вопросам о сексе, ведь именно ради него я потратил целый вечер. Однако, как оказалось, она все-таки сумела меня удивить. Несколько секунд спустя пришло еще одно сообщение:

Я встретился с ней в баре в Крауч-энде. Она опоздала на три минуты. Я надел черный пиджак, как мы договорились. Хотя в баре были другие мужчины в черных пиджаках, я единственный был без спутников и потому предполагал, что она легко меня узнает, тем более я послал ей мою недавнюю фотографию.

Мне показалось, что она довольно сильно постарела со времен того фото из Греции. В каштановых волосах пробивалась седина, на бледном лице не осталось следов загара, вокруг глаз и в уголках рта пролегли морщинки. Но во всем остальном она выглядела вполне приемлемо. Я пожал ей руку.

— Ну вот… — проговорила она.

— Взять вам чего-нибудь выпить? — спросил я.

— Сухого белого вина, пожалуйста.