Когда она осознала суровую реальность того, что ничем не может помочь Кордам, что все годы её тренировок здесь были напрасны, она села, чтобы поберечь силы. Тени в разломе приближались к настоящим сумеркам, а вершины стен казались слишком далёкими, чтобы до них дотянуться. Она не верила, что сможет подняться так высоко.
Она молча наблюдала, как один из Кордов лечит руку Лианда. Она уже была уверена, что Рамен не причинит ему вреда.
Корд нанёс на рану немного аманибхавама и слюны, а затем перевязал её чистой тканью. Почувствовав действие припарки, Лианд сначала нахмурился, а затем постепенно расслабился, улыбнувшись. Не знаю, чем ещё полезна эта трава, сказал он Линдену, поблагодарив Корда, но она определённо смягчает боль. За это я благодарен .
Линден рассеянно кивнула. Её раздражала собственная бесполезность. По крайней мере, на какое-то время она себя исчерпала.
Однако спустя всего несколько мгновений Манетралл Хами привела в движение свои Корды. Вокруг Линден сравнительно здоровые юноши и девушки готовились нести своих мёртвых и павших товарищей, одних на перевязях через спину, других держа на руках. Лианд готовила Сомо к восхождению, которое они едва могли разглядеть. И Линден поняла, что смотрит на тьму, более глубокую, чем тени: на ур-вилов.
Не задумываясь, она ожидала, что они уйдут. Ведь они уже сделали то, зачем пришли? И всё же остались, явно чего-то ожидая. Собирались ли они сопровождать Рамен? Ожидали ли они нового нападения? Или опасались момента, когда их интересы могут разойтись с интересами Рамен?
Затем Стейв подошёл к ней. Избранная, объявил он, я должен снова родить тебя . Мрачность затмила его черты. Если бы он оскалил на неё зубы, она бы этого не заметила. Если я этого не сделаю, твоя усталость задержит тебя здесь, и ты будешь подвержена холоду, который тебе невыносим .
Слишком измученная, чтобы поступить иначе, она вверила себя и свое ближайшее будущее его двусмысленной заботе.
Пока Корды укладывали свои ноши, ур-вилы тоже готовились к выступлению. По-видимому, эти тревожные создания намеревались их сопровождать.
Затем Рамен начали подниматься. Линден предполагала, что они будут двигаться медленно и часто отдыхать, учитывая их груз. Но вскоре она поняла, что недооценила их выносливость. Они преодолели неровный склон быстрее, чем она могла себе представить.
И ур-вилы легко поднялись. Пропорции их конечностей помогли им в этом: хотя они и выглядели неуклюжими, они могли пользоваться руками для лазания так же легко, как и ногами. Каким-то образом они убрали оружие, так что руки их были пусты, ничем не обременены.
Вскоре стало очевидно, что только Лианд и Сомо не могут сравниться с Раменом. В одиночку Лианд, возможно, и не отставал, но в сгущающихся сумерках мустангу приходилось осторожно выбирать позицию. Иначе он мог сломать переднюю ногу о камни.
По команде Манетралла Хами Корд, оставшийся без бремени, вернулся к Лианду. Присоединяйся к своим товарищам резко сказала ему молодая женщина. Я поведу твоего коня .
Нет Лианд, возможно, покачал головой. Я привлёк к этому Сомо. Ответственность лежит на мне .
Корд мог бы возразить, но Стейв вмешался: Ты и так натворил достаточно глупостей для одного дня, Стоундаунор. Не будь таким глупцом. Знания о лошадях у Раменов превосходят твои. Твой конь будет чувствовать себя лучше под её присмотром, чем под твоим .
Линден? спросил Лианд из темноты. Возможно, он имел в виду: Что мне делать?
Возможно, он имел в виду: Скажи этому проклятому Хозяину, чтобы оставил меня в покое .
Вздохнув про себя, Линден ответила: Думаю, рамэны знают, что делают. С ней Сомо будет в безопасности .
Хорошо пробормотал Лианд Корду. Я ухаживал за лошадьми Митильского Стоундауна с тех пор, как вырос достаточно, чтобы чистить их. Если ты не вернёшь мне Сомо, ты ответишь за это .
Молодая женщина тихонько фыркнула, но ничего не ответила.
Лианд вскарабкался по скалам к Стейву. Я ничего не знаю об этих рамэнах, мастер тихо сказал он. Ты скрыл их от нас. Если я глуп, как же иначе? Ты сохранил в тайне всё, что могло бы сделать нас мудрыми .
Стейв проигнорировал справедливость обвинения Лианда.
Небо над головой окрасилось в пурпурный цвет к вечеру. Постепенно оно становилось чёрным. Ветер уже некоторое время набирал силу, и холод, словно поток, вливался в узкие щели разлома. Линден чувствовала, как холод пробирает её до костей, несмотря на непреклонное тепло Стейва. Скоро она начнёт дрожать под нарастающим ветром.
Полтора дня в Стране, чуть больше, и она уже стала беспомощной, как младенец. Иеремия нуждался в ней. Более того: ему нужно было, чтобы она стала воплощением силы, легендарной фигурой, окутанной дикой магией и силой. И вот она лежит, безвольно убаюканная мужчиной, который отвернулся от подобных вещей.
Впереди неё двигались отдельные группы раменов и ур-вилей, неясные, словно облака на фоне размытых скал. Желая найти себе хоть какое-то применение, она резко спросила: Стейв, поговоришь со мной?
Он ответил, не поворачивая головы: Что вы хотите, чтобы я сказал?