Пока она ступала по мокрой траве, косые капли дождя, падающие ей в лицо, постепенно стихали. Позади неё грозовой фронт заслонял восходящее солнце. Но холодный ветер усиливался, налетая на плато с далёких гор. Его вкус и прикосновение подсказывали, что он усилится. Он уже обрушивал на неё уменьшающийся дождь. Скоро капли начнут жалить кожу.
Её плащ промок насквозь, и большая часть одежды отсырела. Если бы она оставалась на улице, ветер постепенно охладил бы её, пока не исчезла бы сила витрима хранителя мудрости. Тем не менее, она шла на запад, решительная в своих шагах и с подобием ясности в сердце. Она боялась столь многого, что не могла назвать всего; но ветра, дождя и холода среди них не было.
Теперь Стейв, Хандир и Галт вели её вдоль южного края великой крепости, избегая центра мыса. Несомненно, это был самый прямой путь к водопаду Фёрл. Лианд уверенно шёл рядом с ней, защищённый от непогоды. Время от времени его внимание обращалось на Пахни, словно каждый её вид заставал его врасплох. Однако, казалось, он был ещё более укоренён в своём недоверии к Ковенанту и к Иеремии, чем Рамен. Он не был воспитан на легендах о Кольце, отказавшемся ехать на Ранихине. И он ничего не знал о победах Ковенанта над Презирающим – или об их ужасной цене – кроме того, что слышал от Линдена. Для него ситуация была сравнительно простой. Он был верен Линдену.
Ей захотелось остановиться и поговорить с ним, объяснить, как Кавинант заслужил её любовь и благодарность, и почему она готова пожертвовать всем ради Иеремии. Она хотела, чтобы Лианд поняла, почему она намерена оказать Кавинанту всю возможную помощь, несмотря на его странности, презрение и скрытую жестокость. Но она сдержалась. Кавинант поклялся, что знает, как освободить Землю от злобы Лорда Фаула. Лианд скоро узнает правду: сама Линден узнает её. Тогда ей больше не придётся оправдывать свой выбор.
Вместо того чтобы заговорить, она крепче сжала Посох; свободной рукой убедилась, что безупречный круг кольца Кавинанта всё ещё висит на цепочке под её рубашкой. Ради Ревелстоуна она уже упустила одну возможность выяснить мотивы Кавинанта и положение Джеремайи; она не упустит ещё одну.
Сдерживая себя, она и её спутники шли молча. Рамен яснее Лианда понимали, что поставлено на карту – для Страны, если не для неё: они были сосредоточены в напряжённом ожидании. А Стейв был Харучаем, слишком замкнутым для ненужных разговоров. Говорил только Анеле, но его бессвязное бормотание ничего не выражало.
Затем Стейв коснулся руки Линдена. Взглянув на него, она увидела, что Галт и Глас Мастеров отошли от линии скалы, направляясь через невысокий холм. В этом направлении, по её прикидкам, находился вход в туннель, ведущий из Ревелстоуна. Предположительно, Хандир и Смиренные намеревались перехватить Ковенанта и Иеремию там.
Вместе со своими спутниками она последовала за двумя Мастерами.
Облака всё ещё скрывали рассвет, но слабого серого света было достаточно. С вершины холма Линден видела широкий зев Крепости, зияющий дождём. Сразу за туннелем Ковенант и Джеремайя стояли лицом к ней, очевидно, ожидая её.
Их сопровождали Клайм и Бранл, а также около двадцати других Мастеров.
Линден смутно гадала, неужели эти Харучаи – все, кого удалось спасти от обороны Ревелстоуна. Она всё ещё не имела представления о том, сколько сородичей Стейва занимают Твердыню Лорда.
Кавинант, казалось, не смотрел на неё: он опустил голову, словно погрузившись в созерцание. Но Джеремайя помахал рукой с энтузиазмом возбуждённого мальчишки.
Вид его рвения глубоко поразил Линден. Она должна была прийти в восторг, должна была ощутить беззаботную радость от его осознанного и добровольного присутствия, от его проявления радости. Но она не могла забыть, что именно его сила помешала ей прикоснуться к нему в передней.
Он и Ковенант оставались непроницаемыми для ее чувств.
Ее сердце невольно сжалось, а лицо исказилось в мрачном гримасе, когда она спустилась по склону холма, чтобы встретиться с двумя людьми, которых она любила больше всего на свете и которым она хотела доверять больше всего на свете.
При её приближении Ковенант мельком взглянул наверх и начал уходить от горла Ревелстоуна к водопаду Фёрл. Но Джеремайя радостно крикнул: Привет, мама! Пора начинать! , прежде чем присоединиться к Ковенанту.
Рваная пижама её сына промокла насквозь, но он, похоже, не чувствовал холода. Она всё ещё не знала, был ли он ранен.
Мастера выстроились вокруг Неверующего и Иеремии, не мешая Линден приближаться. Через несколько мгновений она их догнала.
Стейв стоял между ней и ними, словно страж. Дождь щипал ей лицо и руки. Ветер теперь был клыкастым, прогрызая плащ и одежду.