И хотя не раскрыто ещё множество загадок, связанных с механизмом действия соединений адамантана, группа латвийских вирусологов во главе с М. Индулен из института микробиологии сумела блестяще расшифровать одну из них.
И вновь Янис Полис вырисовывает на бумаге символ легендарного вируса, неохотно раскрывающего свои тайны.
— Наши вирусологи доказали, что аминоадамантан не мешает вирусу разрушить оболочку клетки, но зато нейтрализует его действие уже в самом клеточном ядре.
Как и почему происходит это, ещё предстоит разгадать.
В который раз захожу в эту длинную комнату, заставленную лабораторной посудой. Здесь всегда встречают меня Илзе Грава и Байба Рагуель. Они постоянно заняты своими колбами и пробирками, засыпают туда что-то, наливают нечто жидкое, подогревают, проводят сотни таинственных манипуляций. В отличие от «алхимиков» они точно знают свою цель: подчинить своей воле загадочное вещество АДАМАНТАН, чтобы из его производных синтезировать лекарственные препараты. Их вдохновляет энтузиазм Яниса Полиса, их научного шефа.
Белый кристаллический порошок адамантан — один из продуктов переработки нефти. Это углеводород по своей молекулярной структуре очень похож на алмаз, точнее — его близкий родственник, но более полезный людям, чем царь драгоценных камней.
В химической науке прочно укоренилось мнение, что адамантан не способен вступать в реакцию с другими веществами, и почти невозможно изменить это его свойство. Но Полис пошёл на «перевоспитание» этого упрямца совершенно сознательно. Он вторгся в ещё никем не изученную область органической химии. Он не побоялся, что первопроходцу предстоят и разочарования, и необходимость аргументировать доказательства найденных истин, и сомнения в их справедливости. Он вошёл одиночкой в новую область химии и радовался, что нужно было самому сразу за всё браться, выяснять теоретические закономерности и собственными руками синтезировать сам адамантан, чтобы потом изучать его сложную реакционную способность.
Конечно, и до Яниса Полиса существовал классический метод синтеза производных адамантана. Он начинался со стадии бромирования. То есть сначала получался бромадамантан. Но это дорогостоящий и опасный процесс: бром ядовит, обладает резким неприятным запахом, может обжечь кожу. Потребовалось множество экспериментов, углублённых исследований, сомнений и просто ежедневной работы у стола с реактивами, бесконечная серия спектральных анализов, чтобы выйти на простые реакции синтеза. Были моменты, когда казалось, что найден этот единственно возможный вариант, и можно уже описать его в научной работе. Но Полис считал, что ещё рано. Он ещё не окончательно представлял, что именно происходит там, внутри колбы, как меняются там связи молекул и расположение атомов, то есть был ещё не ясен механизм превращения и взаимодействия веществ.
Адамантан представляет собой хорошую модель для познания законов теоретической органической химии. И у Полиса было два выхода: написать кандидатскую диссертацию, приостановив исследования, или, окунувшись в поиски ответов на традиционные вопросы химической науки, добавить к ним новые истины. Адамантан, казалось бы, опровергал своим «поведением» многие известные представления о законах реакционной способности веществ и их превращения. Полис выбрал второй путь, хотя многие из его ровесников, пришедшие одновременно с ним в Институт органического синтеза, готовились к защите уже докторских диссертаций, а он не был ещё и кандидатом.
Зато ему всё-таки удалось найти наконец эту простую и дешёвую реакцию получения производных адамантана прямо из самого адамантана. Потом уже было довольно легко получить его первое производное — мидантан, первое из профилактических средств против гриппа. По своей эффективности мидантан далеко превосходил известные в то время лекарства. Оказалось к тому же, что он лечит и паркинсонизм — заболевание с очень сложной природой.
Но актуальность борьбы с гриппом заставляла идти дальше, создать лекарственные соединения с гораздо более высокой противовирусной активностью. Изучение реакционной способности адамантана, химических и физико-химических свойств его производных привело к открытию новых реакций. Были сформулированы отдельные новые выводы в теоретической органической химии, обнаружены некоторые закономерные связи между структурой и активностью. В основу оригинального латвийского метода синтеза нового лекарства под названием РЕМАНТАДИН легли прямые реакции, открытые ещё при синтезе мидантана.
Ремантадин — это та самая «бомба» против гриппа, которую очень ждали в СССР. Препарат рождался, пожалуй, труднее, чем мидантан, так как требовался более сложный синтез, и не один месяц Полис со своими помощницами бился над тем, чтобы свести его только к пяти стадиям.
