Я закусываю губу, потому что меня терзают противоречивые чувства. С одной стороны, я хочу навсегда отделаться от этой истории с призраками. Этот дух в стратагеме пугает меня – это не просто какая-то безобидная душа, чьи намерения были неправильно истолкованы, как в случае с моей бабулей. Но с другой – мне хочется больше узнать о ковене и о том, что с ними со всеми случилось. Может быть, если нам удастся каким-то образом поговорить с Олвен – если это действительно она, – то она поможет нам сделать так, чтобы тот призрак точно не выбрался из стратагемы.
Краем глаза я вижу мимолётное движение у входа. Наверное, это кто-то из учителей или родителей пришёл выпустить нас отсюда! Я бросаюсь к двери и прижимаюсь лицом к стеклу:
– Эй! Мы заперты…
Белое как снег лицо с ярко-зелёными глазами смотрит на меня из-за стекла. Человек откидывает со лба сальные волосы, а его губы складываются в жестокую ухмылку. Уборщик!
Мне хочется замолотить по двери кулаками и заорать, чтобы он нас выпустил, но он так смотрит на меня… как на жука, которого собирается раздавить… и у меня по коже бегут мурашки. Вместо того чтобы закричать, я издаю пронзительный писк.
– Лаванда? – У меня за спиной вспыхивает фонарик Итана, его свет бьёт прямо в стекло. – Что происходит?
Дрожа, я киваю на дверь, но уборщик уже исчез. Я снова прижимаюсь лицом к стеклу – посмотреть, куда он ушёл, но в коридоре никого нет. Ведра и шваб-ры тоже нигде не видно. Как будто уборщика тут вообще не было.
– Уборщик. Он стоял вот здесь и смотрел на нас. Как думаете, у него есть ключи? Почему он нас не выпустил?
Рози нервно теребит лямку комбинезона:
– Может, у него не было с собой ключа?
Свет фонарика падает мне на лицо, я закрываюсь рукой, и Итан выключает его:
– Лав, у тебя такой вид, как будто ты увидела привидение.
– Я и увидела.
– Ты знаешь, о чём я.
Я подхожу ближе к друзьям и оглядываюсь. У меня перед глазами всё ещё стоит злорадная ухмылка уборщика.
– Он выглядел… ну, не то чтобы как сумасшедший. Но жутко. Как если бы мы попались в его ловушку или что-то в этом роде.
Итан и Рози переглядываются.
– Зачем уборщику заманивать нас в ловушку? – удивляется Итан.
Я стараюсь пригладить вставшие дыбом волосы:
– Не знаю. Но у него был странный вид, понятно? Как будто он обрадовался, что мы заперты здесь.
– Но в этом нет никакой логики. Наверное, ты просто перенервничала из-за этого призрака и темноты.
– Может быть.
Рози поджимает губы и берёт меня за руку:
– У Лаванды всегда железная логика. Иногда слишком. Поэтому я хотела, чтобы сегодня она была Мисти: она главный скептик в «Отделе призраков». Ну и ещё потому, что у неё цветные волосы. Но если Лаванда говорит, что тот человек выглядел странно, то так оно и есть.
– Мисти тоже иногда пугается, – говорит Итан. – И довольно часто.
Я чувствую, что начинаю закипать. Почему мы постоянно ссоримся? В «Отделе призраков» они тоже постоянно ругаются? Даже если так, мне уже надоело о них слушать.
– Мы не «Отдел призраков», договорились? И если мы переоделись в них – против моей воли, между прочим, – мы всё равно остаёмся Лавандой, Рози и Итаном. А не Мисси, Дисси и Шасси.
Рози недовольно фыркает:
– Мисти, Декс и Шаз. И ты знаешь их имена. Ты специально так произнесла.
Я тоже фыркаю. Рози права. Я специально исковеркала их имена. Но в том-то и дело. Мы не они. Мы – это мы. И мы не обязаны делать всё то, что делали они.
Итан поправляет фонарик:
– Я пойду по следам Олвен. А вы, если хотите, – идите со мной, хотите – ждите здесь: может, мистер Злой Уборщик вернётся.
Рози хватает его за капюшон толстовки:
– Я с тобой. Лаванда?
Я с тоской оглядываюсь на дверь, желая, чтобы она вдруг распахнулась и в библиотеку вошёл кто-нибудь из учителей или родителей. Но этого не происходит. Готова ли я остаться здесь и в одиночестве ждать кого-то из взрослых? В памяти всплывает ухмыляющееся лицо уборщика, и у меня внутри всё сжимается.
Нет, не готова.
– Пошли. – Я показываю на следы и замечаю, что составляющие их цветки клевера покачиваются, как от ветра. Только ветра на самом деле нет.
Итан идёт вдоль светящейся дорожки, фонарик он так и не включил. От цветков исходит слабый свет, и кажется, будто Итан идёт по книжному туннелю в волшебную страну. И всё бы здорово, не знай я правды – что этот след оставил призрак, а не добрая фея. Увы, фей не существует.
Рози идёт сразу за Итаном, по-прежнему держась за его толстовку, я иду за ними, обхватив себя руками. Следы ведут в конец прохода и пропадают в дальнем конце библиотеки. Мы останавливаемся и в недоумении оглядываемся вокруг. В воздухе разносится едва слышный смешок.
– Отлично. Тупик. – Я мрачно смотрю на корешки книг на полках, прочитать их названия в такой темноте я не могу. – Это не та секция, где собраны всякие унылые книжки про компьютеры?
– Нет, – отвечает Рози. – Это секция ботаники. Я помню, как ходила сюда, когда искала материал для доклада по биологии.
Итан включает фонарик и принимается изучать книги. Быстро проглядев названия, он снимает с верхней полки какой-то том:
