Р: Вы имели неосторожность указать свой контакт на визитке. Я действовал наугад. Кто, кроме вас, мог узнать во мне Нечисть?
С: Как интеллигентно вы поддерживаете беседу. Удивительно. Так вот, угомонитесь, уже сегодня я сменю номер.
Р: И ваше кафе переедет по другому адресу?
– Ух, я б его! – вслух выругалась я.
С: Идите к черту!
Р: Не забывайте о том вечере, Селина, и постарайтесь быть вежливее.
– Это угроза?! – разговаривала я сама с собой. Он вздумал мне угрожать?! Быть может, мистер Берч был прав? Зачем неуловимой банде нужна антикварная лавка? И устроенный ими аукцион точно был способом отвлечь внимание жителей и привлечь инвесторов. Старик Берч говорил что‐то о канале. Эльбергу была необходима площадь близ канала. Но для чего? Может, не стоит морочить себе голову, раз это не касается моего кафе?
– А если коснется, Селина? – снова спросила я вслух.
Если же Эльберг позарится на мое детище, я готова восстать против целой банды! Они не получат мое кафе! Только вот есть одна серьезная проблема – помещение мне не принадлежит. Если Эльбергу приспичит заполучить мое место, им ничего не стоит переговорить с арендодателем и предложить удвоенную сумму платежа. С этой проблемой я и буду разбираться. Следовало подстраховаться, подумать о том, как защитить свои права на кафе, не имея ни гроша за душой. Самый верный способ – выкупить помещение. Что ж, можно обратиться к дяде Майклу и узнать у него, как лучше действовать. А может, дядя и вовсе решит лично мне помочь.
– Еще работаете? – послышался тоненький женский голосок.
Дама сворачивала промокший зонт. За своими размышлениями я и не заметила, как начался дождь. Крупные капли покрыли высокие окна кафе.
– Добрый вечер! Конечно. Что будете заказывать?
– Капучино стандартное. Сиропы имеются?
Дамочке этой было не меньше тридцати, но глаза у нее были такими нежными и юными, что выглядела она едва ли на двадцать пять.
Я перечислила все сиропы.
– Ирландский крем, – выбрала она.
– Десерты? Может, попробуете суп дня? Сегодня у нас борщ, – улыбнулась я шире.
– Да нет, спасибо большое, я так, выпить горяченького, на улице так промозгло.
Может быть, хорошо, что Коннор решил заехать? Хотя бы не промокну. Ведь если я простужусь, кофейне крышка! Я вручила даме веточку лаванды вместе с кофе, объяснив суть талисмана.
– Как оригинально! А я как раз задумалась, почему кофейня так называется? – улыбнулась в ответ женщина. – Я вот слышала, что на атмосферу в доме хорошо действуют фиалки, китайские розы – это для отношений, страсти. Молодоженам мне как‐то посоветовали дарить мирт – для укрепления союза.
– Ого! Да, про фиалки я слышала, а вот про мирт – впервые. У меня как раз старший брат вот-вот женится. – Мы с женщиной одновременно хихикнули. – Мне о лавандовых ветвях рассказала бабушка. Она любила именно сухоцветы.
– Что ж, возлагаю на ваш талисман большие надежды! Спасибо!
Расправив зонт, она побежала, перепрыгивая лужи. Да, название оригинальное, но, кажется, ветки лаванды бесполезны. Как я, отъявленный скептик, могла когда‐то поверить в чудодейственность ветви? Вряд ли лавандовая веточка могла привлечь любовь, зато корзина с цветами напоминала мне о бабушке. У каждой семьи наверняка есть свои передающиеся из поколения в поколение поверья, приметы.
Вибрация.
К: Стою сразу за двориком, у склада.
С: Может, зайдешь, выпьешь кофе? Мне еще двадцать минут тут торчать.
К: Ок.
Через пару минут я заметила стремительную крупную фигуру в капюшоне. Коннор вошел, завертев головой, точно пес, стряхивающий мух. Капли разлетелись по недавно вымытому полу.
– Можно ваш фирменный латте? – Он изобразил улыбку.
Только сейчас я заметила круги у него под глазами и то, как ссутулилась спина. Интересно, это контора его добила или тайные отношения с Ким?
– Сироп?
– Фисташковый.
Я принялась готовить. Как только Коннор получил свой стаканчик, я отключила аппараты, закрыла кассу, пересчитала выручку и, как всегда, отложила себе в кошелек деньги. За эту неделю мы с Эбби получили крупную зарплату.
– Лавандовая ветвь – талисман? – рассматривал табличку Коннор. – И что же ты его не используешь? Хватает меня?
Он ухмыльнулся, а я подумала о том, что ему одной меня недостаточно. Что наши отношения ему приелись и он приехал сюда из чувства долга. А затем в памяти возник образ крупных мужественных пальцев, придвигающих ко мне потерянную ветвь, и я тут же вздрогнула.
– Замерзла?
– Д-да. Слушай, нам надо поговорить, только давай в машине, ладно? Я пока тут приберусь.
Коннор напрягся; что‐то подсказывало, что он уже догадывался о теме предстоящего разговора. Он застегнул серую ветровку и в ожидании сел на стул. Как только я закончила с уборкой, мы двинулись к машине. Пришлось намотать на голову шарф, и когда я оглянулась на доки, то готова была поклясться: там, возле кирпичного домика, глаза Дьявола следили за мной.
– Значит, тебе интересно, почему я сбежала тем утром? – завела я разговор, как только машина выехала на оживленную дорогу.
– Ну…
– Не прикидывайся, Коннор. Ты знаешь, что я видела те сообщения, – отрезала я.
– Ты все не так поняла, Сел…
