Вручив Дороти кофе, я положила на блюдце два фисташковых эклера и присела к ней за столик. Эбигейл вышла за стойку, принимая заказы, пока я болтала с Дороти. В это до сих пор было трудно поверить, но жизнь у нее действительно шла в гору. Она все‐таки устроилась бухгалтером в фирму, название которой я так и не запомнила, купалась в любви, заботе и деньгах. Дороти пыталась разузнать, как продвигаются дела у меня, но я отвечала сдержанно, используя общие слова: нормально, хорошо, ничего нового. Отношения с Райаном стали для меня чем‐то сокровенным, личным, только моим, я еще была не готова посвящать в них всех и каждого. Заметив мой скрытный настрой, Дороти распрощалась и вышла за дверь, а когда я подошла к стойке, то обомлела.
– Это что такое?! – вскрикнула я, схватив копилку из прозрачного стекла.
– Кажется, кто‐то стал твоей феей-крестной, – хмыкнула Эбби.
Банка была доверху наполнена как мелкими, так и крупными купюрами.
– Стыд‐то какой! Чувствую себя содержанкой!
Эбигейл рассмеялась, вырвала банку у меня из рук и открутила крышку.
– По-моему, она как раз расплатилась за полгода бесплатного ежедневного питания.
– Эбби! Не будь такой черствой. В конце концов, кто, как не ты, должна ее понять!
Эбби наградила меня суровым взглядом и взмахнула рыжей головой, а затем вытащила из банки фунтов двадцать и спрятала в бюстгальтер.
– В конце концов, я тоже варила ей кофе, – оправдалась она.
– Да бери, пожалуйста!
Таким образом, пересчитывая свои финансы перед закрытием, я выделила процент дяде Майклу и вычислила, что успела в короткие сроки накопить аж половину суммы арендной платы.
Эбигейл уехала около восьми, так что я в одиночестве закрывала кофейню, любуясь закатом, который ни в какое сравнение не шел с тем, что окутывал нас на свидании. Райан встретил меня после работы, и я с очередной сумкой вещей плюхнулась в машину, довольная и уставшая.
Третий рабочий день подходил к концу, когда я получила от Райана сообщение:
Р: Селина, сегодня забрать не смогу – дела. Ключи под ковриком.
С: Вернешься поздно?
Р: Надеюсь, что вернусь.
Я перечитывала его сообщения, проходя по дворику, и очутилась лицом к складу. Ох уж эта привычка засмотреться и врезаться! Развернувшись на пятках, я пригляделась к каналу: пусто. Никаких лодок. Решила пройтись вдоль воды и… не смогла отвести взгляда от антикварной лавки. Вообще даю слово: я смотрела на вывеску, слоган и новые товары на витринах – старинную фигурку лошади, чей‐то бюст, конечно вазы, шкатулки. Но только приглядевшись, я заметила, как брюнет (тот самый, прищелкивающий языком) складывает оружие и туго набитые полиэтиленовые пакетики в чемодан.
Конечно, наши глаза встретились. Я резко уставилась в землю и понеслась так, словно из спины у меня торчал пропеллер. Не было никаких сомнений – теперь этот брюнет меня запомнил. Что же делать? Не имею понятия. Для начала переговорю с Райаном, как только мы встретимся…
Но, придя домой, я застала мертвую тишину и едва уловимый запах Райана. Что ж, я не сильно расстроилась, засыпая в пустой постели, разве что едва сдерживалась, чтобы не позвонить и не расспросить его о том, чем он занят ночью и все ли с ним в порядке. Но я так устала, что отключилась за пару секунд. До утра Райан так и не появился.
На выходной день у меня были грандиозные планы, и большинство из них были связаны с Дейзи. Я обошла несколько детских магазинов, накупила различных раскрасок, кукол, пару новых головных платков и, конечно, букет лаванды. Прихватив выигранную Райаном игрушку, я разложила все по пакетам, накинула белый просторный сарафан, джинсовку и вызвала такси.
Непозволительно было перед встречей с ребенком размышлять о явно незаконных поставках оружия и наркотиков, а еще о том, куда делся Райан. Сейчас я была готова отдать всецело свое внимание бедной малышке, приехав сюрпризом. Накануне я позвонила в клинику доктору Грэм, чтобы уточнить приемные часы.
– Мисс Лаванда! – воскликнула Дейзи, отрываясь от книги.
– Привет, Маргаритка!
Дейзи сильнее осунулась, мешки под глазами стали больше, однако ничто не помешало ей улыбнуться при виде меня. Мои глаза бегали по палате, чтобы Дейзи не подумала, будто я на нее пялюсь или испытываю жалость, оттого я, наверное, выглядела нервозно. Мне как взрослой следовало вселять уверенность и позитив во время тех коротких встреч, которые позволялись Дейзи.
– Может, сядешь? – усмехнулась малышка.
Я послушно приземлилась на стул и протянула девочке пакеты, благополучно продезинфицированные в холле.
– Я тебе кое‐что принесла…
– Ого, все эти мешки – мне?! – засиял ребенок.
Дейзи была в восторге. Вытаскивая что‐то новое из пакета, она принималась сыпать благодарностями и повторяла: «Это же мои любимые!» Дойдя до букета лаванды, для которого я не забыла прикупить вазу, Дейзи чуть не заплакала от счастья и глубоко втянула носом аромат.
– М-м… точно. Пахнет тобой.
– Странно, что от меня за версту не разит кофейными зернами, – фыркнула я. – Смотри, эту игрушку выиграл Райан!
Я разместила большого Котопса на койке Дейзи.
– Как это «выиграл»? – удивилась она.
