– Я думала, тебе уже некуда загорать, Пабло! – хлопнула я брата по плечу.
– Знаю, ты завидуешь и тоже мечтаешь погреться на солнце. Наша испанская кровь не создана для британского климата, – фыркнул Пабло.
– Ева, ты прямо светишься! Как тебе в роли жены? – подтолкнула я ее локтем.
Я заняла место между ними и, как в детстве, передразнивала брата. Мэттью с матерью сел напротив, он готовился к предстоящему экзамену, делая заметки в блокноте, лежащем на коленях.
Ева долго расхваливала отель, питание и море. Продемонстрировав нам шикарные солнечные фотографии, она поведала о дайвинге, о встрече с акулами и об обычаях местных жителей. Пожалуй, сегодня Ева была особенно разговорчива, обычно из нее и слова не вытянешь в моем присутствии.
– Так вот, мама, мы не просто так здесь собрались, мы ведь привезли вам подарки!
Пабло вскочил как ужаленный и бросился к небольшим коробочкам, которые тут же раздал нам. Крышки были подписаны.
– Ну, смотрите!
Мы с мамой уставились друг на друга. В нашей семье не принято было распаковывать подарки на глазах у дарителя, чтобы невольно не выразить не те эмоции. И все же это был Пабло, наш Пабло, так зачем церемониться? Я в своей коробке обнаружила магнит, пару камней, красивый лакированный кошелек и…
– О господи! Мамочки! Не может быть, этого не может быть! – завопила мама, подпрыгнув на стуле.
А я не сводила глаз с крошечного детского боди с надписью «Любимая тетя», пока мама не бросилась обнимать Пабло и целовать Еву.
– Сынок, Ева, от всего сердца вас поздравляю! Вы сделали меня самой счастливой! – плакала от радости мама.
А я, сжимая маленькую вещицу, никак не могла поверить в происходящее. Мой брат станет отцом? Пабло? Вот этот юркий бесенок? Порой он ленился так, что маме приходилось все за ним подчищать, а иногда проявлял настоящую безответственность и приходилось вытаскивать его из передряг. И я, Селина Гарсия, стану тетей.
Я вспомнила о Дейзи. Райан любил племянницу больше жизни, да и я прикипела к девочке с первой минуты. Что же будет со мной, когда я познакомлюсь с младенцем и раз и навсегда приму роль тети? Выдержит ли брак Пабло нападки моей фанатичной любви?
– Эй, Сел! – окликнул Пабло.
– Извините, я… просто вспомнила тебя подростком. – Я прокашлялась, приходя в себя. – Пабло, Ева, я очень за вас счастлива и с нетерпением жду малыша! Только… готовы ли вы потом круглосуточно принимать меня в гостях?
Все дружно рассмеялись. Даже Мэттью – личность, часто отстраненная от семейных вопросов, – был рад и пожелал Еве крепкого здоровья, а также предложил свою помощь в ремонте детской во время каникул.
После, закрыв глаза в своей спальне, я засыпала с греющим душу ощущением, будто все встало на свои места. Жизнь налаживалась, и даже в моей семье произошли колоссальные изменения. Наверное, я долго была слепа. Для меня время остановилось еще в университете, и вот часы моей жизни снова завелись, и я как никогда отчетливо слышала, как быстро бежит минутная стрелка.
Следующий рабочий день я провела в компании Эбигейл и не знала, куда себя деть, чтобы не отвечать на вопросы о Райане. Эбби всегда страдала любопытством и болтливостью, поэтому интересовалась даже самыми… тонкими подробностями.
– На следующей неделе мне восемнадцать, так почему при слове «секс» краснеешь ты, а не я? – спрашивала Эбби, расфасовывая чай.
– Эбс, прошу, смени пластинку. Мне уже тошно. Лучше расскажи, какие у вас планы с Мэттью на дни рождения?
Мэтт и Эбби родились с разницей в один день.
– Мы собирались отметить в один день, то есть в его день рождения. Думали сходить в клуб потанцевать, – мечтательно ответила Эбби.
– Неплохо. А что с поступлением?
– Ответы из колледжей должны прийти в течение месяца. Пока ничего.
– Мэтт уже рассказал тебе о нашей встрече с Пабло? – широко улыбнулась я.
Теперь мысль о том, что я скоро стану тетей, давала мотивационный пинок под зад.
– Конечно, поздравляю вас! Я, кстати, так и думала.
– О чем?
– О беременности Евы. Вспомни, как она зеленела во время свадебного застолья.
– Какая ты проницательная! – хмыкнула я.
Да, Эбигейл – зоркий бесенок. Я к таким вещам слепа и глуха.
В обед к нам заглянула Дороти. Эбби, видевшая ее после преображения впервые, выронила из рук поднос, и тот, громыхая, прокатился к ногам нашей гостьи. Дороти усмехнулась, расправляя загорелые плечи.
– Привет, девочки. Как ваши дела? – поинтересовалась она, подходя к стойке.
– Трудимся в поте лица, – фыркнула Эбби, подняла поднос и ушла на кухню.
– Эбигейл все еще недолюбливает меня?
– Эбби вообще редко кого «долюбливает», – усмехнулась я. – Ну, Дороти, как жизнь? Как твой джентльмен?
– Спасибо, дорогая, лучше не бывало. – Дороти смущенно улыбнулась. – Соскучилась по твоему кофе. Вроде хожу теперь по ресторанам с высокой кухней, а самый вкусный кофе все равно у тебя.
– Где‐то я это уже слышала! – гордо улыбнувшись, вспыхнула я. – Убери свои деньги, Дороти! Как насчет большого капучино с сиропом «Шоколадное печенье»?
– М-м-м… то, что нужно!
