В приглушённом свете были видны очертания мебели, за зашторенным балдахином кто-то сипло дышал. В комнате стоял стойкий аромат лекарств, словно её владелец болен, и достаточно давно. С видом профессионала я обвела спальню руками, прошептав
— Здравствуйте, меня зовут...
— Я знаю, милочка. Можете не представляться. Делайте что Вам надо и проваливайте восвояси, — басисто заявил голос из под одеяла.
После долгого исследования тела графа руками, натужного шёпота заклинаний, так же не было найдено следов магического отправления.
— Ничего не найдено, — я развела руками.
— Как же так?! Этого не может быть! — взвизгнула хозяйка дома.
— Послушайте, все симптомы описанные Вами в письме говорят об отравлении, но отравление не магическое, — я уже собиралась покинуть спальню графа, но графиня встала перед дверью.
— Пожалуйста, помогите найти отравителя!
— С этой проблемой Вам нужно обратиться в местный участок, здесь я бессильна.
— Если Вы не поможете мне, то я сделаю всё, чтобы уничтожить вашу жизнь, — зло прошипела женщина, брызжа слюной.
— В таком случае встаньте в очередь за магистром магии. Елисей Аристархович первый претендовал на роль моего уничтожителя. И да, прежде чем угрожать, стоило подумать, что у меня есть магия и кто знает, с каким наростом на лице Вы проснётесь завтра, — я отодвинула графиню в сторону и пошла к выходу.
— Я ходил с оленьими рогами, очень неудобно, голову постоянно вниз тянет и в косяки врезаешься первое время, — Гамлет ткнул лапкой в свой лоб, — под ними ещё так чесалось, просто жуть!
— Гамлет, поехали домой, иначе в другой раз будешь не только рогами махать, но и цокать копытами! — сердито сказала я через плечо, хотя в душе смеялась. Фамильяр умеет быть убедительным, я уже догадывалась, что графиня пожалела о своих словах. Угрожать ведьме может либо сильная ведьма или колдун, либо глупый человек.
Графиня явилась ближе к обеду, и я была очень благодарна, что она не пришла утром. Сегодня был прекрасный день, я наконец-то выспалась, Авдотья приготовила на завтрак любимые гренки с томатами, кофе я пила в конюшне, поглаживая свою лошадь и болтая с Прохором о делах поместья:
— Такой кофе вкусный! Новый сорт опять какой-то?
— Нет, сорт всё тот же, это потому что на морозце его пьёшь, ну и конечно же, компания имеет значение, — мужчина подмигнул мне.
— Ой, в твоей компании страшно находиться.
— Чем же я тебя так напугал? — Прохор удивлённо вскинул бровь.
— Заревнует твоя зазноба и что делать будешь? — вот он, момент истины. Я смотрела в лицо мужчины, считывая каждое движение.
— Вот объясни мне, человеку неграмотному, почему ты называешь мою троюродную сестру моей зазнобой? — мужчина подходил ко мне, смотря в глаза.
— Сестра? Аглая твоя сестра? — я пыталась не подавать виду, что новость обрадовала меня Сердце ухнуло, по низу живота разлетелись бабочки, озябшие пальцы сжимали пустой бокал из под кофе.
— Да, взбалмошная, сумасбродная, вечно вляпывающаяся в неприятности, — мужчина прикоснулся тыльной стороной ладони к моей щеке, — Ариадна, что ты со мной творишь? — обветренные губы прижались к моему виску.
— Кхм-кхм! — Гамлет выглянул из-за угла, — к тебе пришла графиня Леская, с корзиной булочек и телегой извинений.
Ноги несли тело к дому, а разум и сердце остались в конюшне. На последней ступени крыльца я выдохнула, пытаясь успокоиться и отдёрнув полы платья, зашла в теплое помещение.
Женщина ждала на диване, вглядываясь в огонь камина. Агафон протирал пыль и с опаской посматривал на гостью, Шерлок затаился в углу под занавеской, Авдотья не показывала носу с кухни, хотя уже закончила с приготовлением обеда. Обычно женщина крутилась в зале или столовой, что-то прибирая, вытирая, начищая, по её словам Агафон многого не замечает в силу возраста, а ей не сложно помочь, всё равно на кухне дел нет.
— О, графиня! Чем обязана? — я упёрлась локтем на полку камина.
— Я вчера не очень приятно закончила беседу. Мы можем повторить?
— Повторить? Что? Угрозы? Конечно, если Вам так нужно сорвать зло на невинном человеке, — я смотрела в окно.
— Извините меня, пожалуйста. Был трудный день, вся надежда была на Вас, а Вы опровергли мои догадки, — графиня нервно теребила кожаные перчатки.
— Я понимаю, Вы мыслите рационально, не принимаете своих ошибок, потому что свято уверены, что никогда не ошибаетесь, но поверьте, ошибаются все, даже святые.
— Умоляю, выслушайте. Мы можем где-то уединиться?
