— Так, никого будить не надо. Пусть спят детишки. Скажи мне куда пропал куцехвостый и тебе станет легче, и я буду знать где искать.
— У Аксиньи он, — Никонор вышел из другой комнаты, — а вот что он там делает, хоть казните, не скажем. Нам не с руки отношения с Вами портить, Гамлет набедокурил, вот пусть и отвечает, а мы не при чём, — мужчина сжимал и разжимал кулаки, желваки ходили из стороны в сторону, он не отводил взгляд от меня, хотя ему было тяжело держать контакт.
— Так, давайте пить чай, — я улыбнулась егерю и его жене, — я пришла не ругаться, не злиться, а пришла за помощью. Гамлет мне сейчас нужен как никогда, — рука потёрла обожжённое запястье.
Через несколько минут чаепития напряжение начало спадать, мужчины расслаблено болтали о своём, мы с Авдотьей перешли к обсуждению стола на Новый год. Я предложила всем собраться в усадьбе, и места хватит, и веселее будет, женщина потупила зелёные глаза, зарделась и пыхтя как самовар, сказала:
— Если это не будет Вам накладно... Мы же только за с Вами рядышком побыть, Тихон души в Вас не чает...
— Значит решено, жду всех в усадьбе, а сейчас поедем искать Гамлета.
Никонор объяснил как найти родной дом Аксиньи, потому что Прохор ни разу там не был, и, вновь поскакали на встречу ледяному ветру, несущему позёмку под копыта лошадей. Снег залеплял глаза, я почти не чувствовала пальцев, державших поводья. Мы подъехали к дому бывшей служанки, когда зубы отбивали громкую дробь. Прохор помог мне слезть с Румбы, отряхнул куртку и штаны от налепившегося снега.
В доме на отшибе не было света, со стороны он казался заброшенным, никогда бы не подумала, что Аксинья, нежная и робкая девушка живёт в такой бедноте с покосившейся дверью и облупленной краской. Стало стыдно, что после ситуации с кофе я так и не добралась до встречи с ней, её ловких рук не хватало, но я так закопалась в делах торговых, что отодвигала разговор в дальний ящик, как и другие дела, которые нужно было сделать ещё давно. Я постучалась, и через несколько минут услышала какую-то возню за дверью и шёпот, порывы ветра не давали расслышать и пару слов, но то что один из собеседников был Гамлет, сомнений не возникло.
— Гамлет, я знаю, что ты здесь, — я прижалась к стене плечом, вслушиваясь, — или ты откроешь сейчас сам, или я снесу эту дверь к ч.е.р.т.я. м кошачьим вместе с этим домом! — Терпение подходило к концу, мало того болела рука, так ещё и был вариант заработать обморожение.
— Не надо сносить! Я сейчас! — Звонкий голос служанки раздался из недр дома.
Дверь открылась почти мгновенно, передо мной стояла испуганная и изрядно похудевшая Аксинья. Её глаза казались неестественно большими на обтянутом кожей лице с выступающими скулами и подбородком:
— Госпожа, простите, я не при чём! Он сам пришёл! Я не могла отказать! Пощадите! — Девушка упала на колени.
— Аксинья, ты вообще что ли!? Ну-ка встань! Это я у тебя должна прощения просить, что раньше не пришла, а этот прохиндей воспользовался ситуацией, — я подняла Аксинью и бегала глазами из стороны в сторону, но после белого снега в комнате будто была кромешная темнота, — Гамлет! Выходи! Мне нужна твоя помощь, заодно расскажешь про то что натворил!
Где-то в правой стороне зашуршало.
— Давай поговорим спокойно, иначе мне придётся пойти на крайние меры!
— Не надо никаких мер, я всё расскажу, только пообещай, что не сотрёшь меня в порошок от бессонницы...
— Обещаю, но взамен хочу знать всю правду, — я старалась успокоиться, стянутая браслетом рука пульсировала, обветренные губы нещадно жгло, пятая точка болела от езды на лошади, и я готова была сейчас на всё, лишь бы облегчить страдания хотя бы на немного.
— Это я закрыл портал...
В лёгких резко закончился воздух, ноги подкосились, но я старалась держаться из последних сил.
Заключённая в обжигающие объятья браслета рука почти не шевелилась из-за боли и я не могла дёрнуть второй рог, чтобы открыть потайную нишу. Прохор молча подошёл и нажал на замок, шкаф со скрипом начал отъезжать от стены. Было достаточно одного взгляда, чтобы мужчина всё понял и закрыл дверь на ключ. Гримуар лежал на своём месте, но и до него невозможно было коснуться, кожаный переплёт светился белым светом и от него шёл жар.
Переборов боль я выхватила книгу из сейфа и рывком бросила на стол. Кровь кипела в венах, сворачиваясь в кисель, от боли голова почти перестала соображать, мысли мелкими мушками летали передо мной, но сил собрать их воедино и получить что-то логическое не получилось. Браслет начал тянуться к книге как магнит к железу и чем ближе они были друг к другу, тем меньше становилась температура нагрева. Рука легла на гримуар и в этот момент ледяная волна окатила тело и сознание. Дыхание стало размеренным и ровным, образ Прохора перестал расплываться перед глазами. Не отпуская книги, я села в кресло и выдохнула:
— Ужас какой-то... Кис-кис-кис, — я ждала прихода Гамлета, но он не появился ни через минуту, ни через десять минут, — Прохор, если тебе не сложно, мог бы ты найти моего блуждающего фамильяра?
