Сознание возвращалось постепенно, сначала я почувствовала жуткий холод, проникающий сквозь одежду и острыми иглами пронзающий тело. Глаза медленно открылись, и первое, что я увидела, была темнота, разбавленная слабым светом, пробивающимся из маленького зарешёченного окна под потолком. Голова тяжело поворачивалась, мышцы были напряжены и казались каменными. Я попыталась пошевелить пальцами, но они почти не слушались, онемевшие от холода. Дыхание было поверхностным, и каждый вдох отдавался болью в груди. Моя кожа, соприкасающаяся с холодным бетонным полом, горела от мороза.
Меня охватило ощущение беспомощности и страха. Память возвращалась фрагментами, и каждое воспоминание приносило новую волну паники. Я попыталась сесть, но тело отказывалось подчиняться. Холод сковал каждую мышцу, заставив её замереть на месте. Казалось, что я нахожусь в каком-то кошмаре, из которого невозможно выбраться. Но реальность была слишком суровой, чтобы игнорировать её. Я начала шёпотом звать на помощь:
— Кто-нибудь. Вы меня слышите? Здесь кто-то есть, — промёрзшие ноги отказывались слушаться, но я постаралась встать и подойти к окну.
Около него лежало тело, свёрнутое калачиком. Превозмогая боль и страх, я присела рядом и положила руку на до боли знакомое плечо…
Заледеневшая рука не чувствовала тепла другого тела, перед глазами плясали мушки и я никак не могла сконцентрироваться, чтобы понять дышит он или нет. Пришлось идти на дерзость, толкнув мужчину в плечо. Голова дёрнулась и раздался стон.
— Елисей Аристархович, Вы как? — Я попыталась перевернуть мужчину.
— Ариадна, в ребро тебе палочку… Что ты здесь делаешь? Тебя весь город ищет, — магистр магии сел, облокотившись на стену. Снежинки покрывали чёрные волосы толстым слоем.
— Ну, сижу, как видите, — я пожала плечами, — пойдёмте на матрас, там не так холодно от пола, есть одеяло и не долетает ветер из окна.
— Я смотрю ты уже обжилась, — хмыкнул магистр, — ну, пойдём. Только никому не говори, что мы с тобой на одной постели сидели, а то брат от меня мокрого места не оставит, — мужчина встал и я в след за ним.
— Брат!? О каком брате Вы говорите?
Он не хотел говорить, желваки играли на лице, он уводил взгляд карих глаз по сторонам, но я вновь и вновь находила его взгляд и смотрела не отрываясь. Через несколько минут таких гляделок магистр сдался:
— Прохор конечно, какой же ещё.
— Теперь я ещё больше не понимаю! Потрудитесь объяснить более подробно!
— Предложение с матрасом ещё в силе? Пойдем присядем, разговор будет долгим.
*****
