Авентурио ехал по правое плечо от воина со шрамом, а Вельмир по левое. Оба выходца из домов сыскавших славу молчаливо прислушивались, готовые в любой момент обнажить клинок. Что-то внутри Фердинандо твердило об опасности, некое шестое чувство, которое он успешно подавлял. Его злило само существование страха, что своими гадкими ручонками трогает сердца прошедшего через множество битв, закалённого сталью и огнём, бойца. Нет — говорил себе главнокомандующий — я не боюсь, это лишь предвкушение битвы, не более.
Наконец-то воины ступили на полую равнину, двигаясь по слою песка. Солнце блекло светило скрывшись за облакам, ветер приятно холодил кожу и разгонял мурашки по всему телу. Верилий заметил тёмное пятно впереди, больше схожее на тучку. Оповестив об этом соратников, воин ослабил узел плаща, готовясь использовать здоровенную дубину у себя за спиной.
— Что там? Разведчики? — Фердинандо желал получить информацию как можно скорее. Терпение — это не то чем мог похвастаться выходец из "Зелёных полюсов".
— Сейчас гляну, погоди… — Авентурио достав небольшого размера подзорную трубу, закрыл одно из век, приставив увеличительный прибор к глазу. — Кажется… Нет, точно. Там враг, больше трёх, нет пяти, а-н нет десяти… Господь… Сколько же их там?
Пока любитель легенд всматривался в приближающийся табун противника, Фердинандо приказ готовится к бою. Тут же семь десятков хорошо обмундирования бойцов заняли позиции. Примерно четверть взялась за щиты, готовясь прикрывать своих братьев по оружию использующих луки. Некоторые из воинов вцепившись мёртвой хваткой в копья, готовились наносить пронзающие удары, имеющие привычку пробивать внутренности противника насквозь. Все как один стояли в нетерпении, опустив забралы шлемов и чувствуя как по крови протекает заряд адреналина. Боевой дух был успешно повышен Авентурио, который напоминал бравым воином кто они и как ничтожен противник надвигающийся впереди. Но глядя на огромную волну недруга, главнокомандующий сам понимал насколько глупа его лож.
Фердинандо уже обнажил клинок и надел шлем, до сей поры лежавший на коленях, поравнялся с Верилий, готовясь повести своих воинов в неравный бой. О том что он будет именно таким становилось понятно по первому же взгляду на толпы оппонентов. Они превосходили числом в семь, а то и в двенадцать раз! Но отсутствия брони и смешное оружие в виде палок, камней, и ржавых мечей лишали противника преимущества. Шансы на победу были равны у обеих сторон. Но как слышал Авентурио, число всегда превосходит мастерство.
В тот день любитель легенд понял что сказанные его дедом слова, нельзя отнести ко всем ситуациям. Вот например сейчас, когда воин со шрамом ринулся в бой, пустив храбрую лошадь галопом и буквально влетев, подобно выпущенной стреле, в толпу недруга, за несколько секунд умертвил более десяти чумазых, кровожадных эльфов. Его клинок разил быстро, наотмашь. Удар влево, взмах вправо, лево, право, лево, право. Удар.
Стрелки пустили град стрел, щитоносцы двинулись яростно крича вместе с копьеносцами. Последние перед столкновением успели разок метнуть маленькие версии их оружий — копья, длиною в две стрелы. Произошло столкновение, в котором каждая сторона нещадно, подобно двум диким псинам, рвала инициативу желая одержать победу. Удары сыпались подобно граду, чаще всего умерщвляя не только чумазых длиноушек, но и людей. Понимая что толку от оружия не много, те решили брать числом, попросту накидываясь на поставленные щиты воинов. Такая тактика не принесла слишком большого успеха, однако правый фланг был прорван, и лучникам пришлось отказаться от поддержки, отдав приоритет лобовой атаке. Они двинулись в бой обнажив всё чем можно колоть.
Сталь не звенела, она резала отрубая конечности и позволяя тёмной госпоже пожинать души. Смерть сегодня получит много душ — подумал Верилий, совершая удар по противнику, лопая его голову как спелый арбуз. Ему пришлось спешиться, отдав лошадь одному из тяжелораненых бойцов. И дело было не столько в доброте, сколько в неудобство сражения в седле. Оружие мужчины было неимоверно тяжёлым, и чтобы им крутить нанося удары, требовалось твёрдо стоять на ногах. Как уж тут посражаешься, если под ногами воздух, а кобыла то и дело кренится в бок под тяжестью молота.
Фердинандо рубил, кромсал, калечил, убивал — всё это он делал, на удивление самого воина, с горячей головой. Возможно по пути на поле брани он растерял привычный холод, помогающий обуздать любые эмоции. Теперь же страх за жизнь, яростной борьбой вырывался из глотки мужчины, превращаясь в крик поднимающий боевой дух бойцов. Так оно и было. Наблюдая как по полю бешено скачет кобыла, чья броня и попона вся заляпанная в крови, с таким же диким наездником, оставшиеся стоять на ногах бойцы лишь подпевали боевой гимн, рвущий глотки и не оказывающий никаких действий на противника, для которого слова страх ничего не значит.
