Длиноушке показалось что его кто-то трясёт за плечо. Стоило немалых усилий повернуть голову и сконцентрировать свой стеклянный взгляд на юноше с кожаной сумкой перекинутой через плечо и треуголкой на голове. Головной убор имел четырёхлистник — небольшого размера листочек, воткнутый в складку треуголки. Гонец — понял Мералиэль.
Усилие, следом ещё одно и ещё. Яростная пощёчина самому себе окатила ледяной волной ясности, помогая сфокусироваться на что-то говорящем пареньке. Наконец-то слова достигли слуха длиноушки, и сородич-гонец понимая это улыбнулся, быстрее излагая суть вопроса.
— Господин Мералиэль! Господин, позвольте узнать как продвигаются дела с защитой границы. Я гонец, посланный господином Леантро. Его Высокочестье требует информации…
Снова взгляд стал стеклянным, а левая рука лежащая в слое бинта перекинутом через шею, не чувствовалось вовсе. И снова герою войны пришлось приводить себя в порядок. Мысли теряли чёткость, но силы на парочку слов нашлись.
— Первая линия обороны прорвана, враг пытается взять Столицу в кольцо, предположительно разбив армию на несколько отрядов. Границы… О них следует умолчать, тамошние бойцы если и выжили, то в количестве крайне малом для оказания поддержки. Вторая линия обороны будет стоять насмерть, но мой совет: приготовьтесь оборонять стены города. Враг уже превратил в пепел несколько наших городов, какие именно поселение попали под удар ты узнаешь обратившись к заместителям. Конец доклада.
Гонец времени зря не терял, записывая на недавно изъятом из сумки листочке каждое слово Мералиэля. Теперь пожилой эльф вновь впал в некий транс, его состояние ухудшалось с каждой секундой. Возможно в былые времена получив подобное ранение он смог бы продержаться на поле брани ещё несколько часов, но возраст берёт своё и нынешнее положение дел диктует свои условия. Юноша кратко поблагодарил героя войны и затерялся в толпе бегущих, подобно муравьям, сородичей. Страха не было, лишь горечь поражения.
В замке Его Величества было спокойно лишь с виду. Проходящие по своим делам знатные длиноушки могли обмануть кого угодно, но только не Брелиану. Она недавно прибыла в столицу и решившись отправится в обитель короля, понимая что где-то в здании, в одной из комнат, ведутся военные переговоры. Сменив одежду и приняв водные процедуры девушка сновала по коридорам, заглядывала в щели приоткрытых дверей. На сердце было неспокойно, а все мысли крутились вокруг Фредрика.
Где он и что с ним? Добрался ли он до столицы? — задавала себе вопросы блондинка, со странным беспокойством вспоминая бывшего одноклассника. Она уже несколько раз обошла один и тот же коридор, пока не словила себя на мысли что попросту не может сидеть. Нечто заставляло её беспокоиться, мешая расслабить уставшие мышцы и получить заслуженный покой.
Бродя по мозаичной плитке холла (и всё-таки первый этаж привлекал девушку куда более нежели второй) она заметила как юноша с треуголкой на голове и кожаной сумкой буквально влетает в распахнутые входные двери замка, чуть не сбивая одного из напыщенных господ и промямлив извинения несётся со всех ног по коридору. Манеры Брелианы всегда брали верх над её желанием, вот и сейчас поселившийся интерес к событию и персоне вбежавший в здание короля, встретились с холодным рассудком, твердящим, что этикет превыше всего. Потому блондинка не стала спешить, медленно, но верно двигаясь вслед за юношей пропавшем в одной из комнат. Благо девушка видела куда именно забежал сородич, и это помогло миновать проблемы поиска.
Добравшись до нужной комнаты, она мягко положила ладонь на ручку двери и закрыв глаза готовилась зайти. "Мышцы спины расслаблены, походка твёрдая, на губах улыбка" — слова одной из настоятельниц школы Святой Селоны пронеслись в голове. Девушка прекрасно помнила уроки хороших манер, и спешила ими воспользоваться. Но увы её решение встретилось с непредвиденной проблемой в лице открывшейся двери, косяк которой больно поцеловал нос блондинки отправив ту на пятую точку.
— Святая Матерь! Прошу меня простить юная госпожа. — Говоривший длиноушка был старичком с невероятно толстыми окулярами. Поверх рубашки с манжетами эльф надел тёмного тона плащ, такие же носят врачеватели помогающие раненым на поле боя. Брелиана не сразу узнала помогающего ей встать и всучившего кусочек овечье шерсти сородича, но не прошло много времени и девушка признала в нём Рузвельти — учёного Его Величества.
— Это я должна извинятся, стояла под дверью… — Несмотря на рассечённый нос из которого ручейком полилась кровь, губы девушки уже улыбались, вновь натягивая фальшивую улыбку.
— Позвольте… О! Мне нужно бежать! Прошу простить! — Старичок будто бы, что-то вспомнив, побежал (со скоростью ненамного превосходящей черепашью) по коридору, придерживая трясущимися пальцами очки. Брелиана двинулась следом, расспрашивая того о причины спешки.
