Она услышала резкий треск: «крак!» — и подумала, что это сломалась ее нога. Но зверь, тащивший ее за плечо, взвизгнул, отпрыгнул и кинулся наутек. Вновь прозвучало «крак!» — и еще раз. Волк-собака, вцепившийся в ее лодыжку, задрожал и завизжал, и Сестра увидела окровавленную дыру в боку зверя. Животное отпустило ее и завертелось на месте, кусая свой хвост. Прозвучал четвертый выстрел. Сестра поняла, что волка подстрелили, и услышала страдальческий вой оттуда, где лежал Арти Виско. Другие твари поспешно бросились бежать, поскальзываясь и натыкаясь друг на друга. Через несколько секунд они исчезли.
Раненое животное упало на бок в нескольких шагах от Сестры, корчась в судорогах. Она села, потрясенная и ошарашенная, и увидела Арти, пытавшегося подняться. Ноги не слушались его, и он снова плюхнулся на снег.
Некто в темно-зеленой лыжной маске, коричневой кожаной куртке и джинсах проскользнул мимо Сестры. Он был в снегоступах, зашнурованных вокруг потрепанных ботинок, а на шее у него висели на веревке три пластмассовых кувшина, привязанные за горлышки так, чтобы они не соскальзывали. На спине у него висел темно-зеленый походный рюкзак, немного меньше, чем у Сестры и Арти. Он встал над Сестрой.
— Вы целы? — Голос у него был скрипучий, словно кто-то скреб кастрюлю железной щеткой.
— Вроде бы. — Сестра получила немало синяков, но обошлось без переломов.
Человек опустил винтовку, которую нес за ствол, снял кувшины и поставил их возле еще дергающегося животного. Затем сбросил со спины рюкзак, расстегнул молнию, достал несколько разнокалиберных жестяных посудин с крышками на винтовой резьбе и выстроил их в ряд на снегу перед собой.
Арти поплелся к ним, держась за запястье. Человек быстро взглянул на него и продолжил свою работу.
— Покусали? — спросил он Арти.
— Да. Схватили за руку. Впрочем, все в порядке. Откуда вы?
— Оттуда. — Он мотнул головой в сторону леса и, сняв перчатки, начал отвинчивать крышки кувшинов быстро краснеющими пальцами.
Животное все еще билось на снегу. Человек встал, взял со снега ружье и несколько раз ударил волка прикладом по черепу. Через минуту все было кончено. Зверь издал затихающий вой, задрожал и замер.
— Я не ожидал, что оттуда придет еще кто-нибудь, — сказал мужчина.
Он опустился на колени около туши, достал из сумки на поясе нож с длинным изогнутым лезвием и разрезал серое брюхо. Потекла кровь. Он взял один из кувшинов и подставил его под струю. Кровь весело стекала вниз и постепенно наполняла емкость. Человек закрыл сосуд и отставил в сторону, взял другой. Сестра и Арти наблюдали за ним со смесью некоторой брезгливости и любопытства.
— Я думал, все уже умерли, — продолжал он, не отрываясь от своего занятия. — Откуда вы?
— Э… Из Детройта, — выдавил из себя Арти.
— Мы пришли из Манхэттена, — сказала Сестра. — Мы шли в Детройт.
— У вас кончился бензин? Лопнула шина?
— Нет. Мы идем пешком.
Он хмыкнул, взглянул на нее и вернулся к своему занятию. Струя крови ослабевала.
— Дальняя у вас прогулочка, — сказал он. — Чертовски долгая, к тому же в никуда.
— Что вы имеете в виду?
— Только то, что Детройта больше нет. Он сгорел, так же как и Питсбург, и Индианаполис, и Чикаго, и Филадельфия. Я бы удивился, если какой-нибудь город уцелел. А теперь, полагаю, радиация уничтожила и множество маленьких городов.
Кровь текла уже еле-еле. Он закупорил второй кувшин, наполненный наполовину, затем расширил разрез на животе мертвого зверя и по самые запястья погрузил ладони в кровоточащую рану.
— Вы не знаете! — сказал Арти. — Вы не можете этого знать.
— Знаю, — ответил мужчина, но больше ничего не сказал. — Леди, откройте, пожалуйста, для меня вон те посудины.
Она сделала, как он просил, и мужчина принялся вытаскивать горсти окровавленных кишок, обрезал их и укладывал в жестяные банки.
— Я пристрелил еще одного? — спросил он Арти.
— Что?
— Другой, в которого я попал. Я думаю, вы должны были запомнить того, кто жевал вашу руку.
— Да, конечно. Да. — Арти смотрел, как кишки заполняют разноцветные посудины. — Нет. Я имею в виду… Я думаю, вы ранили его, и он отпустил меня и убежал.
— Живучие, сволочи, — сказал незнакомец и начал разрезать голову животного. — Откройте вон ту большую чашу, леди, — попросил он.
Охотник залез в разрезанную голову, и вскоре мозг оказался в большом кувшине.
— Теперь можете закрыть его крышкой, — сказал он.
Сестра так и сделала, чуть не задохнувшись от медного запаха крови. Человек вытер руки о шерсть зверя и стал связывать веревкой два кувшина. Надел перчатки, сунул нож на место, убрал сосуды и банки в рюкзак и поднялся во весь рост.
— У вас есть оружие?
— Нет, — сказала Сестра.
— А как насчет еды?
— У нас… у нас есть консервированные овощи и фруктовый сок. Немного холодной вырезки.
— Холодной вырезки, — презрительно повторил он. — Леди, в такую погоду вы на этом долго не протянете. Вы сказали, у вас есть овощи? Я надеюсь, это не брокколи? Ненавижу брокколи.
— Нет… У нас есть крупа, фасоль и вареная картошка.
