Как только я поравнялась с его лошадью, Эрдьяр, коротко кивнув, направил своего коня в сторону Роха. Правильно. Мне казалось, Рыжебородый найдет для него нужные слова. И мне, если честно, так общаться было несколько свободнее.
– К Храму Силы. Он не очень далеко. В паре недель пути. При храмах служат проводники. Они, конечно, не видят нитей, а работают с артефактами перехода, но перенести нас смогут и они.
– Во всех мирах есть эти храмы? – Удивилась я.
– Конечно, – сказал седоволосый.
– И в моем?
– И в твоем.
– Да ладно, – не поверила я. – Почему же об этом в моем мире никто не знает?
– Так ли никто? – Айсар повторил мою интонацию. – Не слышала никогда о местах Силы?
– Слышала, конечно, но…
– Это они и есть. Просто со стороны вашего мира нет проводника. И уже давно. Слишком тяжело открываются переходы, не хватает силы артефактов.
– В общем, не рентабельно, – подытожила я.
Седоволосый кивнул, продолжая старательно избегать моего взгляда. Но сейчас меня не очень заботили его душевные переживания, потому что меня беспокоил еще один крайне важный вопрос.
– Айсар, – я дотянулась, дернула его за рукав, вынуждая, наконец, обернуть в мою сторону взгляд серых глаз, ставший непривычно мрачным. – Март говорил, что Рох будет тоже управлять гранями. И… извини, но как ты спасешь его, если ты не видишь нити силы?
– Ну, ты же видишь, – с надеждой отозвался седоволосый.
– Но я же не умею еще ими управлять! И увидеть их у меня получилось только с твоей помощью.
– Я помогу тебе снова, – теперь уже он с теплотой заглядывал в мои глаза. – Тем более, там ничего сложного.
Чутье подсказывало мне, что мой несостоявшийся учитель знатно лукавил. Мне это представлялось не проще разминирования нафаршированного взрывчаткой поля. Несмотря на собственные переживания по поводу предстоящего пробуждения силы Роха, я попыталась расслабиться и не думать об этом, насколько это было возможно. «Проблемы нужно решать по мере их поступления», – уговаривала я себя. «И эта проблема, к счастью, еще не дала о себе знать». Но все оставшееся до привала время мои мысли возвращались то к бывшему принцу, то к вопросам, на которые я не знала ответов, то к своим так неожиданно открывшимся чувствам.
Привал мы устроили, когда солнце еще не коснулось горизонта, за что я была просто немыслимо благодарна своим попутчикам. Моя лошадка, которую я назвала Мышкой, хоть и была очень спокойной и даже ласковой, но по комфортности езды никак не могла сравниться с любимым «Рено». Спешившись, я чуть не рухнула на землю, – так отвратительно все ныло, и, более того, судя по боли на внутренней стороне бедер, моя нежная кожа не выдержала такого испытания – скорее всего, когда я сниму брюки, под ними будут отвратительные мозоли. Поэтому, когда Эрдьяр как бы невзначай упомянул, что здесь недалеко есть ручей, в котором можно умыться, я готова была его расцеловать.
Однако, несмотря на огромное желание отправиться туда немедленно, мне пришлось отложить водные процедуры еще на некоторое время – совесть не позволила уйти по своим делам просто так, и, чтобы сделать хоть минимальный вклад в «обживание» лагеря, я пошла за хворостом.
Я старалась не отходить далеко, боясь заблудиться в такой нестандартной для меня местности. Пока я искала сухие веточки для костра, на поляне, которую мы выбрали для ночлега, почти ничего не поменялось. Эрдьяр ухаживал за лошадьми, которые уже не пахли потом и пылью (видимо, он успел сводить их к ручью). Рох сидел на свернутой попоне спиной к лагерю и признаков жизни не подавал. Айсайар отсутствовал, и я отчего-то была этому рада. Несмотря на отсутствие объективных причин, я на него злилась, и, сколько ни спрашивала себя о причине своего раздражения, внятного ответа даже самой себе дать не могла.
– А где здесь ручей, о котором ты говорил? – обратилась я к Эрдьяру, немного смутившись, когда здоровенный воин обернулся на мой голос.
Он взглянул на меня из-под кустистых бровей и вдруг улыбнулся. Нет, Рыжебородый и раньше улыбался, но сейчас он в первый раз улыбнулся мне как-то по-доброму. Не оценивая меня, а уже принимая. От этого мое сумрачное настроение несколько улучшилось, и я заулыбалась в ответ.
– Иди в ту сторону, – он махнул рукой, указывая дорогу. – Прямо, не ошибешься.
И я пошла, надеясь, что и вправду не ошибусь, хотя со мной все возможно. Небольшой ветерок приносил сотни разнообразных запахов: сочной травы, влажных древних деревьев, сырой почвы и еще чего-то мне, городскому жителю, неведомого, но такого приятного.
Ошибиться действительно было тяжело, лошади, которых водили на водопой, протоптали приличную тропинку. Через пару десятков шагов поверхность земли пошла вниз, а еще через дюжину шагов я услышала шум воды и чьи-то голоса. Инстинктивно я остановилась, прислушиваясь к звукам. Говорила женщина. Откуда она взялась здесь, в лесу? И с кем она разговаривает? С Айсайаром или с кем-то чужим, менее дружелюбным? Вот даже не знаю, какой бы вариант меня больше устроил.