Она тут же ушла, а Тея, рассмеявшись, позвонила Харриет: день отдыха и спокойствия закончился, — но ей и сейчас требовалось себя чем-нибудь занять. В понедельник утром этот жуткий сезон наконец закончится, и она скорее всего больше никогда не увидит лорда Дариена. Чем бы он ни решил заниматься, после того как его брат сможет жениться, ей было трудно представить, что Дариен войдет в высшее общество.
Вместе с Харриет она перешла в гардеробную: надо решить, что из одежды взять с собой, а что оставить здесь, — потом просмотрела список заказов от деревенских друзей: ткани, ленты, украшения для шляп, лекарства, духи, книги. В Лондоне выбор, конечно, богаче, чем в провинции, но это адский труд — купить все за один день.
Список книг, которые предстояло купить, она переписала на отдельный листок и отправила мистеру Торесби, секретарю, потом в сопровождении Харриет и лакея вышла на улицу. По крайней мере в том, что касается продуктов, она могла положиться на универсам «Фортнум и Мейсон».
Эту ночь Дариен провел почти без сна, несмотря на помощь бренди. Объявление Пруссока, что это последняя бутылка, привело к тому, что он устроил такую выволочку Лавгроуву, что тот с рыданиями удалился и даже не захватил с собой одолженный костюм.
Утренняя верховая прогулка настроения не улучшила, а тот факт, что художника в парке не было, и вовсе расстроил, хотя он не понимал почему: Лак Армиджер после их первой встречи не появлялся здесь ни разу. Он либо сбежал с пятью гинеями, либо трудится над заказом.
Вернувшись домой, Дариен сел за стол, собираясь написать молодому человеку язвительное послание, но тут сообразил, что адрес художника ему неизвестен. Пришлось отправить записку своему поверенному, хотя он понимал, что из этого вряд ли выйдет толк. Никому нельзя доверять, в особенности самому себе.
Как он мог поддаться искушению прошлой ночью? Ему ведь было известно, что Тея не из тех, кто с легкостью предается подобным развлечениям, поэтому она и ухватилась за идею замужества, что исключалось полностью.
Из запиравшегося на замок ящика Дариен вынул опись, собираясь припереть Пруссока к стенке, но сегодня от торопливого мелкого почерка у него разболелись глаза.
В комнату вошел Пуп, сияя здоровьем и отличным настроением.
— Вчера мне казалось, что ты пойдешь на маскарад, Канем.
— Я там был, — проворчал Дариен.
— Что-то я тебя не видел.
— Ты был на балу у Харровингов? — не поверил Дариен.
— Ну да. Фокс взял меня с собой. Тебя я не нашел, поэтому отправился прогуляться.
Дариен понимал, что, наверное, следовало бы взять Пупа с собой, но к черту: он ему не нянька!
— Займись чем-нибудь, — посоветовал Дариен и вернулся к описи, лежавшей перед ним, хотя это не имело никакого смысла.
Он поступил правильно, хотя и не сразу. Не надо было начинать. Сохранить ей девственность — это самая малая милость: он забрал ее невинность, хотя и не затянул в яму.
Отбросив опись, он схватил шляпу, перчатки и трость, быстро спустился на улицу и направился в сторону дома Вандеймена. Как только Джордж вышел к нему в приемную, Дариен коротко объявил:
— К Джексону.
Ван удивленно вскинул брови, но ничего спрашивать не стал, и уже скоро они шагали по направлению к боксерскому залу Джексона.
В прошлом они часто боксировали и боролись вместе. За исключением самых активных периодов военного времени им требовалась физическая разрядка тем или иным способом. Бой без оружия в руках, бой без цели убить или покалечить был чем-то вроде отдыха, но на прошлой неделе таковой стал частью плана, направленного на то, чтобы увеличить возможность Дариена войти в круг джентльменов из высшего класса.
— Марии не нравится меченый товар, — заметил Ван.
Это, конечно была шутка, но, как показалось Дариену, лишь до известной степени, поэтому он дал слово не оставлять на партнере много отметин.
В пропахшем потом зале они разделись до рубашек и бриджей, надели боксерские перчатки и приступили. Дариену сразу пришлось перейти в защиту: жгли синяки и ссадины, полученные накануне.
Это хорошо, что Тея увидела его в драке: теперь ей известно, на что он способен. Бешеный Пес Кейв (как же он ненавидел это прозвище, хотя и знал, что в полной мере заслужил его) может наказать и даже убить.
Совсем не обязательно, что Тее потребуется кто-то наподобие его для того, чтобы обеспечивать безопасность: леди Теодосия пройдет по жизни под защитой золота, если только не свяжется с таким, как он.
Какое-то время Джексон понаблюдал за ними, а потом подозвал нескольких учеников, разделся сам и жестом попросил Вандеймена отойти в сторону.
— Чем обязан такой чести? — поинтересовался Дариен, поскольку это действительно было так.
— Похоже, вам нужно выпустить пар, милорд.
Джексон был прав. С ним не нужно было осторожничать, можно драться в полную силу, не на жизнь, а на смерть. Кроме того, у него не было женщины, которая переживала бы из-за меченого товара.
Потом вызвался Ван, и Джексон устроил спарринг с ним, но это скорее была научная лекция, а не схватка.
Они ополоснулись и переоделись, потом расслабились с элем в комнате отдыха.
