Насколько могла судить Джессика, шел десятый день ее одиночного заключения. Она лежала на жестком матрасе, глядя на темный угол, где паук плел в тени паутину, двигаясь, словно хорошо отлаженный автомат, взад и вперед, тщательно выделывая сложную сеть – смертельную ловушку для своих жертв.
Она сама попалась в сеть Ордена сестер. Что ее ждет теперь? Сказала ли Лезия что-то еще? Ум старухи помрачили спутанное предзнание и ненависть к Бинэ Гессерит. Продержат ли Сестры Джессику здесь до смерти, убьют ее или придумают другое наказание?
Ей страстно хотелось еще хотя бы раз увидеть Пола, встретиться с Лето, все ему объяснить, воззвать к его чувству справедливости, освободиться от тайн, которыми она владела… Даже рассказать ему, как она зачала сына – для него, для своего возлюбленного герцога. Она поклялась сделать все, чтобы вернуться к ним, пойти на все, чтобы только убедить Сестер отпустить ее.
Безмерно одинокая, Джессика неотступно видела в тишине их лица, темные волосы и зеленоватые глаза сына, волевой подбородок Лето, взгляд его строгих серых глаз. Но шли монотонные, похожие один на другой дни, и черты любимых лиц расплывались, теряли четкость, все труднее становилось цепляться за реальность, ускользавшую в смазанный и неопределенный туман. Джессика с собачьим упрямством пыталась применить все, чему ее учили в Бинэ Гессерит. Она вызывала образы герцога и сына, по кускам собирала воспоминания и старалась сосредоточиться,
От воспоминаний ее пробудил мелодичный звук.
– Я пришла навестить тебя, сестра Джессика, – произнес женский голос, показавшийся знакомым.
Открыв глаза, она увидела Ксору, стоявшую в дверях. Джессика вышла из своего транса, сфокусировала взгляд, чтобы снова оказаться в реальности, здесь и сейчас, и смотрела на входившую в камеру женщину. Как же Ксора похожа на нее ростом, волосами и строением лица.
От возмущения и обиды Джессика сморщилась. Ксора усыпила ее бдительность сладкими речами, обыграла то, что их объединяло, но только чтобы предать. Вспомнилась статуэтка, три идеализированные фигурки, сломанные бессердечной Рутин.
– Хочешь причинить мне еще боль? – спросила Джессика. – Ты уже сделала все, что могла, чтобы меня заперли здесь и забыли.
Ксора не стала подходить к Джессике близко.
– Наказания Бинэ Гессерит не длятся вечно, но вечно влияние Ордена сестер.
– Я уже чувствую себя так, словно наказание длится целую вечность, – сказала Джессика, держась на краю своего неудобного ложа. – Ты всегда служила у них шпонкой или просто увидела возможность отличиться?
Лицо Ксоры окаменело.
– Это моя обязанность – доложить о пророческих сновидениях твоего сына. Это такая важная информация! Если бы ты сама об этом сказала, то не оказалась бы здесь.
– Это ты заперла меня здесь, – произнесла Джессика, прекрасно осознавая всю бесполезность и бессмысленность таких обвинений. Ксора непробиваема.
– Я вольна делать предложения, даже плохие. – Ксора подошла ближе, хотя Джессика не приглашала ее. – Твое преступление заключается в том, что ты приняла предложение, способное навредить Ордену сестер.
От Ксоры исходил едва различимый цветочный аромат, напомнивший Джессике, что сама она пахнет отнюдь не так приятно после длительного заточения, в котором невозможно следить за гигиеной.
– Я хотела отправить письмо сыну.
Ксора в ответ только пожала плечами.
– Есть другой способ отправить ему письмо. Я могу сама его доставить.
Джессика насторожилась. Что это, еще одна ложь, чтобы проверить, как подействовала на нее изоляция?
– Что ты хочешь сказать?
Ксора едва заметно улыбнулась; кажется, она сомневалась, стоит ли отвечать.
– Знаешь, за это время произошло много событий. Скоро в Школу Матерей прибудет Преподобная Мать Гайя Елена Мохайем. Думаю, она захочет тебя увидеть. Она, во всяком случае, встретится со мной… перед моим новым назначением.
Напряжение Джессики усилилось.
– Она очень строга. Тебе не придется рассчитывать на теплое отношение с ее стороны.
Бывшая наперсница точно знала, как причинять ей боль, она словно читала мысли.
– Что ты имеешь в виду под своим новым назначением?
Ксора просияла, словно собралась сообщить Джессике приятную новость.
– Мне наконец разрешат покинуть Уаллах IX и выполнить задание, чтобы оправдаться в глазах Ордена.
Джессика вдохнула, потом медленно выдохнула, стараясь эмоционально расслабиться.
– По крайней мере, ты не навредишь никому здесь и уж точно мне.
Ксора просияла еще больше, это сияние походило на блеск разящего клинка.
– Меня посылают на Каладан, чтобы стать новой наложницей герцога Лето Атрейдеса. – Джессика вскочила на ноги, но Ксора добавила медовым голосом: – Я всего лишь следую приказам Ордена сестер. Я стану служить герцогу в меру моих сил и возможностей.
