В эти краткие мгновения Мэдди видела, кто он есть. Серьезный профессионал, беспокоящийся о других. И она искренне восхитилась им. Работа этого человека имела смысл — истинную ценность — и вдруг ей стало стыдно за то, что она вовлекла его в какую-то тривиальную шараду, чтобы восстановить свою гордость.
— Нет, дедушка в порядке.
Джейс шагнул еще ближе. Его запах коснулся ее ноздрей, путая мысли. Странное ощущение вернулось — сила, которая притягивала и искушала ее самым неприятным образом.
— Что тебе нужно?
Его хриплый тон обещал что-то такое, что она не могла себе описать, но каким-то образом знала, что хочет испытать. Что-то такое близкое и такое далекое. Вопрос сорвался с ее губ:
— Не мог бы ты сопроводить меня на свадьбу в следующем месяце?
— На свадьбу Амелии.
Она кивнула, зная, что он прочитал это все в письме, которое нашел.
— Это можно устроить.
Она выдохнула с облегчением: полпути пройдено.
— Так как ты достаточно любезен, чтобы согласиться, я хотела бы попросить кое-что еще.
Мэдди скромно улыбнулась и поправила волосы.
Он поджал губы.
— Выкладывай.
Она быстро вздохнула, чтобы набраться смелости. Карты на стол.
— Я бы хотела, чтобы ты присутствовал не только в качестве сопровождающего, а как мой жених.
Джейс уставился на нее, всплеснув руками.
— Это временно, — заверила она. — После свадьбы, я, конечно, брошу тебя.
—
— Ну да. Я не смогу восстановить свою репутацию, если ты меня бросишь.
— Так вот зачем это все, — он обвел пространство рукой, показывая, что заметил ее менее чем звездное появление. — Восстановить репутацию.
— Это не твое дело.
— О нет, я думаю, что мое, особенно если мы хотим пожениться, — он улыбнулся, дразня ее. — И помимо всего прочего, я разочарован. Я чувствую себя одураченным.
Она ощетинилась в ответ на его поддразнивание.
— Мне нужно присутствовать там с надлежащим сопровождением. Репутация — все для этих людей.
— А как насчет моей репутации отвергнутого жениха? — он скривил рот, и она нахмурилась в ответ на его шутливый тон.
— У мужчин нет репутации. У них есть мастерство кружить головы, — огрызнулась Мэдди. — Кроме того, ты доктор. Единственное мнение, которое имеет для тебя значение, это твое собственное.
Это вызвало у Джейса улыбку.
— Ты сделаешь это?
Его улыбка исчезла, когда он наклонил голову. Нежность в его взгляде заполнила ее. Его глаза сияли состраданием. И нежеланием. Она смотрела в голубые глубины, и видела, как из них всплывает отказ.
— Мэдэлайн…
— Пожалуйста, Джейс. Ты должен.
Ее отчаянный тон встревожил его. Мэдди сразу это заметила. Плечи напряглись, улыбка сбежала с его лица.
— И почему же?
Она предпочла бы откусить себе язык, но теперь у нее не было выбора, кроме как сказать ему правду.
— Потому что дело сделано. Я уже объявила об этом.
— Объяв… — его глаза широко распахнулись. — О нашей помолвке?
Он переступил с ноги на ногу.
— Ты объявила о нашей помолвке?
— Мне пришлось. Прости меня.
Он моргнул и покачал головой, выглядя растерянным.
— Позволь мне объяснить.
На горле Джейса забился пульс, краска ударила ему в лицо.
— Да, лучше объяснить.
— Пожалуйста, успокойся.
Переместив вес с ноги на ногу, он скрестил руки на груди и посмотрел на нее.
— Пожалуйста, просвети меня насчет моей неожиданной помолвки.
Она искала слова.
— Амелия — мой единственный друг. Я должна присутствовать на ее свадьбе, но мой двоюродный брат Марвин не сможет меня сопроводить, — Джейс слушал, выражение лица не поменялось. Мэдди опустила глаза, бессильная перед его злостью. — Я думала найти кого-то другого, но до того, как у меня появилась возможность, Даниэль и его невеста загнали меня в угол в лавке.
— Даниэль?
Гнев на Даниэля Мэдди удержать не могла. Горечь пропитывала каждое ее слово.
— Даниэль Хогл. Мой бывший жених.
— А сюжет закручивается.
Она нахмурилась, слыша его надменный тон. Словно он понимает, чего ей стоило предательство Даниэльа.
— Даниэль притворился, что сожалеет о том, что я не могу присутствовать на свадьбе, потому что он, как и все остальные, предполагает, что я никогда не найду человека, достаточно глупого или отчаянного, чтобы быть моим сопровождающим, — ее гнев снова сменился болью. — Я могу выдержать ненависть. Но жалость…
Мэдди заставила себя улыбнуться, скрывая свой стыд, опустила глаза.
— Гордость взяла верх, и у меня вырвались эти слова.
Она взглянула на него.
— И как ты собиралась объяснить эту ложь добрым жителям Мисти Лейк? — спросил Джейс с сомнением в голосе. — Учитывая, что мы знаем друг друга меньше недели?
— Я уже подумала об этом, — сказала она, воодушевленная его вопросом. — Ты говорил, что каждый день ходишь на вызовы и что проходил мимо моего дома несколько раз.
Он наклонил голову.
— Продолжай.
— Все знают о плохом здоровье дедушки. Ты мог бы навещать его в прошлом месяце, пока был в городе.
— Ты предлагаешь мне лгать?
Она нахмурилась. Он был так искренне огорчен перспективой, что она чувствовала себя преступницей, развращающей добродетель.
