Мэдди повернулась на голос Ретты.
— Доктор Меррик только что завернул на подъездную дорожку, Мэдди.
Мэдди тяжело вздохнула.
— Пожалуйста, проводи его, Ретта, — она повернулась к дедушке. — Мне лучше одеться.
* * *
Джейс последовал за Реттой на веранду, где мистер Саттер сидел, грея на солнце старые кости. Бутылка портвейна стояла рядом с ним.
— Добрый день, сэр, — сказал он, стараясь изо всех сил не выдавать своей неловкости.
Мэдди объяснила своему дедушке обстоятельства их фиктивной помолвки, и Джейс думал, что старый джентльмен вряд ли доволен их шарадой.
Но притворная помолвка казалась ничем по сравнению с тем, чего мистер Саттер не знал. Джейс занимался любовью с Мэдди в его собственном каретном сарае, прямо здесь, на территории поместья. Он едва мог смотреть деду Мэдди в глаза.
Джейс переступил с ноги на ногу и посмотрел на озеро.
— Присматривайте за ней, — сказал мистер Саттер.
— Конечно.
— Посещение этого приема важно для Мэдди, — дед Мэдди прищурился, глядя на Джейса. Он выглядел не очень хорошо. Цвет лица был пепельным, а глаза — пожелтевшими и тусклыми. — Она прибегла к этой фиктивной помолвке из-за этих гиен.… Но она бы никогда не поступила так в других обстоятельствах, вы понимаете, — он отвел взгляд. — Она полна решимости встретиться с ними лицом к лицу.
Джейс не знал, что сказать.
— Я буду присматривать за ней. Я обещаю.
— Хотел бы я сказать, что мне от этого легче, доктор Меррик. Я верю, что вы сделаете все возможное, чтобы защитить ее, но я знаю пастора Хогла и остальных.
— Я буду защищать ее, даю слово.
— Верните мне внучку в целости и сохранности. Это все, чего я хочу, — старик закашлялся. Тяжело. Ужасный приступ сотрясал тело старого человека несколько долгих минут.
Джейс наблюдал за мужчиной, пока тот, наконец, не отдышался.
— Ваш кашель становится хуже.
— Мне не нужно, чтобы ты мне это говорил.
Джейс нахмурился.
— Может…
— А, вот и она.
Звук открывающейся двери сказал о приближении Мэдди, и тревога исчезла с морщинистого лица старика.
Мэдди вылетела на лужайку и остановилась рядом с дедушкой. Сияющая улыбка озарила лицо мужчины, когда он увидел ее. Одетая в платье глубокого вишневого цвета, она выглядела сногсшибательно. Джейс едва мог оторвать от нее взгляд.
— С тобой все в порядке, дедушка? — Мэдди присела на корточки и схватила деда за руку. — Я слышала, как ты кашлял.
— Я в порядке, девочка, хватит суетиться.
Мэдди пристально всмотрелась в его лицо.
— Не хочу оставлять тебя одного на все выходные.
— Ретта здесь. Она обо мне хорошо позаботится, — старик ласково похлопал по бутылке портвейна. — И бутылка тоже.
— Гил приедет за мной, если понадоблюсь, ведь правда?
— Да, обязательно, — дед махнул рукой. — Все, хватит прощаться. Иди, отлично проведи время и передай Амелии привет.
— Я передам, — сказала Мэдди. Она поцеловала дедушку в щеку, а затем крепко обняла его. — Пожелай мне удачи, — сказала она с улыбкой.
— Все будет хорошо.
Но что-то в улыбке мужчины заставило Джейса забеспокоиться.
— Я люблю тебя, девочка, — тихо произнес старик, когда его внучка понеслась прочь.
* * *
В отеле на Крукид Лейк кипела работа. Экипажи выстроились в ряд, гости прибывали на свадебный уикенд. Сумки Мэдди были выгружены, и ее провели в назначенную ей комнату на верхнем этаже, по соседству с другими подружками невесты. Джейс остановился на этаже внизу, и Мэдди уже планировала маршрут в его комнату.
Она быстро распаковала вещи, а затем поспешила вниз по коридору в номер Амелии, чтобы помочь ей подготовиться к обеду.
Кэролайн поприветствовала ее у двери.
— Тут здорово, тебе не кажется?
Мэдди оглянулась, улыбаясь. Амелии выделили просторный номер: светлый, с большими окнами, с большим зеркалом, идеально подходящим для наведения свадебного марафета. Деревянный пол под кроватью с балдахином был застелен мягким ковром, а стеклянные двери на балкон с видом на озеро обрамляли цветочные драпировки.
Амелия, Кэролайн и Мэдди наслаждались чаем в ожидании Гертруды и Долли, которые опаздывали почти на час. Кровь Мэдди кипела в венах, ей так хотелось увидеть Долли и результат ее лечения. Как замечательно было бы обнаружить, что пятно стало настолько незаметным, что можно будет скрыть его пудрой. Гадкий утенок превратится в лебедя…
Дверь в номер распахнулась, и Гертруда ворвалась внутрь, таща за собой Долли.
— Посмотри, что она наделала, Амелия!
Амелия моргнула.
— Кто наделал?
Гертруда указала тонким пальцем на Мэдди, грудь ее вздымалась.
— Она!
— Успокойся, Герт…
— Я не собираюсь успокаиваться. Она — ведьма. И ты дура, Амелия, раз не видишь, какая она на самом деле.
Амелия поднялась на ноги, и Гертруда толкнула Долли вперед.
— Посмотри, что она сделала с лицом Долли! — Гертруда придержала волосы сестры, обнажая лицо. — Смотри!
Мэдди ахнула. Амелия и Кэролайн тоже. Опухшее лицо Долли было покрыто волдырями. Неприятными, красными волдырями, которые выглядели просто ужасно.
Мэдди задохнулась от ужаса. Ее вина. Родимое пятно не только не пропало, наоборот, стало еще более заметным.
Взгляд Амелии метнулся к Мэдди.
— Это не ее вина, — вскричала Долли.
