— Да, — пробормотал он, осторожно дотрагиваясь до разбитой губы и морщась от боли.
Прошло уже три или четыре дня с тех пор, как они остались одни в подземельях поместья — Пэнси потеряла счёт и, по правде говоря, её это не особенно заботило. Усталость завладела каждой клеточкой её тела — усталость от невыносимой боли, которой отзывалось всё её существо на малейшее движение из-за сломанного ребра и многочисленных синяков и порезов; усталость от того, что она не спала уже несколько дней из-за постоянного страха, когда каждый шорох мгновенно превращался в воображении в подкрадывающегося Пожирателя. И, наконец, усталость от того, какую силу воли приходилось проявлять, чтобы не сдаться и продолжать надеяться на спасение, чтобы находить причины жить, растягивая остатки еды, которые Элай смог утащить с кухни ещё до того, как он отправился на поиски Драко и Гермионы; чтобы в отчаянии не отправиться на поиски Пожирателей и добровольно просить их закончить эти страдания одним простым заклинанием.
Подсознательно Пэнси понимала, что Драко и Гермионе потребуется несколько дней, чтобы придумать, как их вытащить, но ожидание убивало её. Она вновь посмотрела на Рона, который всё ещё сидел на полу, тяжело привалившись к стене. Во время их спешного передвижения по коридорам подземелья в попытке скрыться от Пожирателей он споткнулся о выбоину в полу и вывихнул челюсть, добавляя ещё одну травму к длинному списку, который включал огромный ожог на всю спину, бессчётное количество порезов и сломанную лодыжку.
Она вздохнула, переводя взгляд на дальний конец коридора. Они ни за что не смогут выбраться самостоятельно. Элай был их единственным шансом — и то, когда в замке находились только Лестрейндж и трое его дружков. Теперь же всё больше и больше людей прибывали в поместье с каждым днём, и всё больше тел появлялось в подземельях.
В приглушённой тьме бледные лучи солнца, проникавшие в подземелье через крохотные окна под потолком, были единственным и очень ненадёжным источником света, они словно издевались над пленниками, позволяя увидеть кусочек свободы совсем рядом, но не дотронуться до неё. Холодный каменный пол оказался ужасно жёстким, не позволяя провалиться в сон, и постоянный сквозняк только ухудшал положение.
— Вот, — сказала Пэнси, подбирая ледяной камешек с пола, и, завернув его в окровавленный кусок ткани, осторожно приложила к лицу Рона. Челюсть она вправила ему минутой ранее, и теперь пыталась помочь избавиться от боли. Он поморщился, но жаловаться не стал. — Так лучше?
— Немного, — кивнул он.
Перед уходом Элай нашёл им небольшую нишу, которая вмещала двух людей и провизию, и там Пэнси и Рон провели последние сутки или около того.
— У нас ещё осталось немного хлеба, — произнесла она, вкладывая небольшой кусок в ладонь Рона. — Поешь, тебе станет лучше.
— Я не голоден. Лучше сохранить его на потом, — отозвался парень и тут же взволнованно добавил: — У тебя губы посинели.
— Я в порядке, — поспешно ответила Пэнси. — Нет, правда, не надо.
Но Рон уже стянул с себя мантию, в которой так и остался после бала, и протянул её девушке, несмотря на её протесты.
— Возьми, тебе она нужнее. К тому же Малфой меня прикончит, если с тобой что-то случится.
Пэнси через боль накинула мантию на плечи и закуталась потеплее. Сейчас была очередь Рона спать, и она внимательно наблюдала за тем, как его веки тяжело опустились, а дыхание стало ровным и спокойным, и почувствовала лёгкий укол одиночества. Но буквально через минуту это чувство сменилось животным страхом.
— Ты это слышал? — прошептала она, дотрагиваясь до плеча Рона.
Он мгновенно распахнул глаза.
— Что?
Но теперь он и сам различил лёгкий шорох в соседнем коридоре — очень слабый, но достаточно громкий для двух людей, которые находились в постоянном напряжённом ожидании последние несколько дней. Рон дотронулся до руки Пэнси и одними губами прошептал:
— Не двигайся.
— Может, это Драко, — предположила она, но голос её заметно дрожал.
Тем временем шорох приближался, и Рон с Пэнси плотно прижались к стене в своей нише, надеясь, что незваный гость пройдёт мимо, не заметив их. Несколько томительных секунд спустя в коридоре показалась низенькая фигура существа, и назвать его маленьким было бы преувеличением — оно было не больше трёх футов в высоту.
— Это же… домовой эльф, — озадаченно прошептал Рон. — Я думал, им запрещено сюда спускаться.
Пэнси пожала плечами. Эльф подпрыгнул от радости, заметив их в нише, и подбежал ближе.
— Я прийти, чтобы отдать сэр и мадам кое-что, — сказал, или скорее, пропищал эльф. — Мистер Элай сказать, что если прилетит сова, то Дори должен ходить и отдать его сэр и мадам в проходе под Южной башней.
Рон протянул руку и принял письмо, эльф также отдал парню небольшую корзинку, которую тот сначала подозрительно осмотрел и только после этого передал Пэнси.
— Что здесь? — спросила она.
— Мясной рулет, пирожные и одеяло, — с готовностью сообщил эльф. — Мистер Элай сказать отдать корзину сэр и мадам, когда Дори получить первое письмо.
